— Я только что перевелся в КЭШ. Сегодня был мой первый учебный день.
Это объясняет, почему я никогда не видела его раньше.
Дверь снова открывается, и у меня перехватывает дыхание.
Эйден входит внутрь в сопровождении Ким.
Мои губы дрожат, когда я осматриваю его с головы до ног. Его форма выглядит безупречно — если не считать отсутствующего галстука, как обычно. Его чернильно-черные волосы взъерошены, а металлический блеск глаз кажется нейтральным, словно он вышел на прогулку.
Но опять же, это Эйден; неотразимый, как бог, и опасный, как монстр.
И самое печальное, что я знала это с самого начала.
То, что я отказалась прислушаться к здравому смыслу или заглянуть за фасад, не означает, что меня обманули.
Зачеркните это. Я обманула себя, заставив поверить, что Эйдена можно спасти.
Дьяволов нельзя искупить.
Дьяволы могут только рушиться и гореть.
Он сказал, что уничтожит меня, и он это сделал.
Пришло время мне уничтожить его в ответ.
Я всем улыбаюсь.
— Могу я поговорить с Эйденом наедине?
Как только я закончу, от него ничего не останется, так же как ничего не осталось от меня.
Внутри меня всегда была тьма.
Я боролась с ней.
Отрицала ее.
Пришло время принять ее.
В конце концов, чтобы уничтожить монстра, нужен монстр.
Глава 4
Эйден
Когда она выходит, насмешливый взгляд Рид мечется между мной и Эльзой, как мячик для пинг-понга.
Я игнорирую ее.
Я игнорирую всех, кроме Эльзы.
И нового парня. Спасителя Эльзы.
Ее рыцаря в сияющих блядь доспехах.
Какой самый простой способ сломать рыцаря и раздавить его на куски?
На самом деле, я воспользуюсь самым тяжёлым способом сжечь его и буду смотреть, как он превращается в пепел.
Он одаривает Эльзу последней тошнотворно милой улыбкой по пути к двери.
Моя голова наклоняется набок, изучая язык его тела и выискивая признак — или слабость.
Он слишком сложен, но я что-нибудь придумаю.
Я всегда нахожу выход.
Когда я смотрю на Эльзу, мой левый глаз дергается.
Эльзу не зря называют Холодным Сердцем.
Она не общительная. Даже когда люди разговаривают с ней, ее улыбки в лучшем случае неловкие. Внутри она желает, чтобы они исчезли и перестали беспокоить ее замкнутый пузырь.
Но теперь она улыбается.
Нет.
Она не только улыбается, но и у нее слегка подергивается нос и мечтательные, блядь, глаза.
Улыбка, которую она дарит мне после секса.
Или, когда спит, обвившись вокруг меня.
Эта улыбка исключительно для меня.
