Волна гордости захлестывает меня, и требуется все силы, чтобы не ухмыльнуться, как идиотке.
Я только что переиграла Эйдена Кинга в его собственной игре.
Прежде чем я успеваю позлорадствовать, он встает, дергая меня за запястье. Вода плещется вокруг нас.
Чернота в его глазах последнее, что я вижу.
Он отпускает мое запястье, хватает меня за бедра и перекидывает через плечо, как раньше.
Я задыхаюсь, когда мир переворачивается с ног на голову.
— Э-Эйден? Что ты делаешь?
Он шлепает меня по заднице, боль разносится в воздухе.
Я визжу.
Чертовски больно, особенно, когда попа мокрая.
— Ты сказала, что после истории будет секс.
— Мы уже занимались сексом.
— Это было до нового соглашения. Это не считается.
О, Боже мой.
Этот кровожадный псих доведёт меня до смерти.
Он останавливается у полки, чтобы взять полотенца. Я использую этот шанс, в попытке высвободиться и толкнуть его в спину.
Он снова шлепает меня.
Мои бедра сжимаются вместе.
— Ой. Больно.
— Тогда, блядь, будь спокойной.
Он ставит меня на ноги посреди спальни с черными деревянными рамами и двуспальной кроватью.
Я все еще осматриваюсь, когда он оборачивает полотенце вокруг моих волос. Эйден стоит передо мной во всей своей обнаженной красе, вода стекает по его мускулистой груди, и четкая дорожка волос ведет к...
Нет.
Я возвращаю свое внимание к его лицу. Его губы изогнуты в ухмылке, будто он может слышать мои мысли.
Мудак.
Он вытирает мои волосы мастерскими, нежными движениями. Затем делает то же самое с телом; медленно и нежно.
Он, не спеша растирает полотенцем мои затвердевшие соски и вокруг груди. Наклоняется и скользит полотенцем по моей заднице и между ног.
Покалывание зарождается внизу живота и распространяется по всему телу, чем больше он прикасается ко мне.
Требуется вся сила воли, чтобы не застонать вслух и не растаять в его объятиях.
Он не только вытирает меня. Нет. Он также пробуждает монстра внутри. Монстра, который раньше дремал, но отказывается засыпать с тех пор, как Эйден впервые прикоснулся ко мне.
Закончив с моими ногами, он поднимается и прикладывает полотенце к моим пульсирующим соскам. Его большой и указательный пальцы сжимают мой другой сосок. Это не грубо, но я так возбуждена, что при малейшем прикосновении кажется, словно меня поджигают.
Я прикусываю нижнюю губу, чтобы не всхлипнуть, и сжимаю бедра.
— Э-Эйден.
— Хм, милая?
Он даже не смотрит на меня, все еще занятый истязанием моих сосков.
Покончи с этим, придурок.
