Мой лифчик и линия груди просвечивают насквозь.
— Извращенец. — я отворачиваюсь от него и застегиваю рубашку. — Это из-за тебя я оделась в спешке.
Его ухмылка становится шире.
— Хм. Я так сильно сбиваю тебя с толку, милая?
Да, придурок.
Но я не говорю ему этого и вместо этого фыркаю.
— Садись в машину. — он указывает на свой Феррари. — У нас не в распоряжении весь день.
В голову приходит идея.
Я поднимаю голову.
— Я не сяду на то же место, на котором сидела Сильвер. Кто знает, что она там оставила?
— Твоя ревность дает о себе знать.
— Что? Нет.
Это было задумано как укол, чтобы он отказался от попыток усадить меня в свою машину. Это не должно было показать, что меня волнует, кому он позволил сесть на мое место.
— Я знаю, что ты собственница по отношению ко мне. — он подходит ближе, как хищник. — Не так сильно, как я к тебе, но близко. Единственная разница в том, что тебе стыдно показывать это.
— Перестань вкладывать слова мне в рот. — я свирепо смотрю на него. — Я не сяду в машину, точка.
Он смотрит на меня одну секунду.
Две.
Три..
Он поднимает плечо и направляется к водительской стороне.
Подождите. Он уезжает?
Конечно, он уезжает.
Чего я ожидала от кого-то с его уровнем коварного зла?
Я бегу к пассажирской стороне и со стоном сажусь. Не нужно поднимать взгляд, чтобы увидеть его ухмылку. Я ощущаю это всеми своими костями.
Ублюдок.
Машина набирает скорость на дороге, и я сжимаю бедра. Я все еще чувствительная — и возбужденная — после душа. Вибрации двигателя ухудшают процесс.
Или улучшают — зависит от того, как на это посмотреть.
— И? — я подавляю беспокойство.
— И что?
— Я в этой дурацкой машине. Что за история?
— Я же говорил тебе. — он смотрит в мою сторону. — Сначала ты должна заплатить.
— Заплатить за что?
— Подумай.
Он хватает меня за бедро в том месте, где моя юбка встречается с чулком.
Я пытаюсь оттолкнуть его, но он только крепче сжимает меня.
После некоторого времени тщетной борьбы я сдаюсь и смотрю в окно.
Я стараюсь не думать о его коже на моей.
Стараюсь не чувствовать, как его пальцы рисуют сводящие с ума кружочки на внутренней стороне моих бедер.
Это невозможно.
На протяжении всей поездки он выглядит беззаботным за рулем и поддразнивает меня.
Кто-то хорош в много задачности.
Его пальцы прочерчивают дорожки по чувствительной плоти на внутренней стороне бедра. Я ерзаю на своём месте.
Каждый раз, когда я говорю ему остановиться, он просто просовывает пальцы мне под юбку, дразня край нижнего белья.
