Часть меня хочет отпустить.
Часть меня хочет того удовольствия, которое он всегда вырывает из моего тела.
Часть меня жаждет такой интенсивности.
Свободы отпускания.
Но эта часть какой-то идиотизм.
Эта часть забыла, что у Эйдена есть заговор мести против меня. Что он привёл Сильвер в свой бассейн, когда это должно было быть нашим местом.
Эту часть необходимо искоренить.
Я так сильно прикусываю его нижнюю губу, что на языке появляется металлический привкус.
Предполагалось, это его остановит. Как на вечеринке.
Я ошиблась.
В конце концов, один и тот же трюк не срабатывает дважды. По крайней мере, не на ком-то вроде Эйдена.
Если я однажды застала его врасплох, он позаботится о том, чтобы это больше никогда не повторилось.
Он прижимается своими бедрами к моим и продолжает яростно целовать меня. Его рука обхватывает мое лицо, прижимая к месту, пока он размазывает свою кровь по моим губам и языку.
Он заставляет меня попробовать его на вкус. Попробовать на вкус то, что я с ним сделала. На этот раз он меня не отпускает.
Он заставляет меня ощущать это снова и снова, когда проводит своим языком, по-моему.
Вода смывает кровь, но не тот затяжной привкус, который он оставляет после себя.
Когда он отстраняется, я забываю, как дышать, уставившись на его порезанную нижнюю губу. На его странные, экзотические черты лица.
— Я никогда не лгу тебе. — я пристально смотрю, не понимая, что он имеет в виду. — Я не лгу тебе, поэтому, когда я говорю, что с Куинс ничего не было. Это значит, что с Куинс ничего, блядь, не было.
— он проводит большим пальцем по моей нижней губе, будто все еще целует меня. — Но, если ты продолжишь так себя вести, я не знаю, что буду делать.
Мои губы дрожат.
— Я же тебе говорила. Если ты прикоснешься к Сильвер, клянусь Богом, мы расстанемся, что бы ты ни сделал.
— Что бы я ни сделал, а? — его пальцы обхватывают мое горло, когда он прижимает свой твердый член к низу моего живота. — Думаешь, ты когда-нибудь избавишься от меня?
— Если ты прикоснешься к Сильвер или к кому-нибудь еще, тогда тебе лучше быть готовым изнасиловать меня.
Я невозмутима.
Уголок его губ приподнимается в жестокой ухмылке.
— Ты уверена, что хочешь бросить это слово, когда знаешь, что у меня нет границ, когда дело касается тебя, милая?
Я встречаюсь с ним взглядом затуманенными глазами."
"— Любопытно, будешь ли ты все еще хотеть ту оболочку, которой я стану. — его левый глаз дергается. — Ты знаешь, что значит оболочка, Эйден? — мой голос звучит уверенно.
