— Идиот, — фыркнул Джеймс и крепко сжал его обеими руками. — Если бы я чего-то хотел, его натуральность мне бы не помешала. На собственном примере не убедился?
— Никогда… никогда никого не ревновал, — спустя несколько секунд признался Майкл, остыв так же резко, как и вспыхнул.
— О, неужто, хоть где-то один-ноль в мою пользу? — хмыкнул Джеймс, потянувшись за отброшенной мочалкой. — А то я уже как-то грустить начал со всеми этими тысяча к одному."
"— Джеймс, но это не есть хорошо, — покачал головой Майкл. — Ты, мать твою, порождаешь во мне такое, о чем я даже и не подозревал! — на сей раз в его голосе прозвучал явный упрек.
— А ты хотел бы, чтобы твои новые отношения были копией старых? — неожиданно серьезно спросил Джеймс. — Потому что если да, то ты явно не адресу.
— Не в этом дело, — с нарастающим раздражением ответил Майкл. — Я начинаю ревновать. Я испытываю чувство, которое унижает не только того, на кого оно направлено, но прежде всего — меня самого! И да, Джеймс, — подытожил Майкл, — рядом с тобой я превращаюсь в похотливого… — он даже слова не смог найти подходящего — …похотливое нечто, напрочь утратившее стыд, нормы приличия и границы дозволенного!
— Что ж… — голос Джеймса потерял всякую окраску, а сам он медленно разжал руки и отодвинулся.
— Прости, что подпортил твой моральный облик. Думаю, ты уже вполне чистый.
С этими словами он швырнул мочалку в стену и быстро вышел из кабинки..
— Блядь… — процедил Майкл, переводя взгляд с закрывшейся двери на киснущую в брызгах мочалку.
Некоторое время он так и стоял, а затем что было сил впечатал кулак в пластиковую стену. — Твою мать!
Боль в руке он так и не почувствовал. Где-то глубоко внутри — под сердцем — та была сильнее.
Первой мыслью было опрометью ринуться за Джеймсом и вымаливать прощение. Но вот вторая мысль заставила остаться на месте. А за что, собственно говоря, ему извиняться? То, что он сказал — это не оскорбление Джеймса, а констатация факта. И он не виноват, что не разделяет всеобщего желания быть оттраханным Джеймсом Маклейном.
Но тогда на кой же черт он его сам и провоцировал? Джеймс ведь с самого начала благоразумно ушел в другую кабинку. И не пришел бы, если бы Майкл сам не позвал бы его.
И все-таки все сложилось к лучшему, рассудил Майкл, закрывая воду. Натянув свежее белье, он решительно направился в раздевалку. В самом деле, нечего сопли разводить! Но как бы сильно Майкл не убеждал себя в этом, с каждым шагом на душе становилось все тоскливее.
