На удивление противно не было, да и чувство неправильности не спешило напоминать о себе. Видимо от того, что сейчас просто совершенно не хотелось ни о чем думать.
Тем временем Джеймс повернул голову и поцеловал Майкла в шею. Собрал губами капельки воды и еще несколько слизнул языком, подбираясь к уху.
— И ничего ужасного, правда? — выдохнул в него и скользнул языком внутрь.
Ласка была столь неожиданной и обжигающей, что Майкл невольно вздрогнул. А когда Джеймс прижал его сильнее, то пришлось вовсе закусить губу.
— И в петлю пока не хочется… — выдохнул Майкл, подавляя стон. А он и не знал, каким может быть чувственным — и это реакция на простую, даже можно сказать, примитивную ласку!
Майкл почувствовал, как Джеймс улыбнулся… И почти сразу напрягся, потому что дверь в душевую распахнулась, и вошел Джейсон.
— О, я, кажется, не вовремя, — усмехнулся он чуть удивленно. — Надо же, Джеймс, ты все-таки прельстился чьими-то прелестями…
— Как видишь, — безмятежно отозвался Маклейн, и не думая отпускать Майкла.
— Только прошу, не делай это достоянием общественности, а то на меня охоту объявят.
— Обойдутся, — хмыкнул Джейсон. — Лишняя информация для лишних голов, — хохотнул он. — Знал бы, что такое дело — первым бы поохотился.
— Не слушай его, — мурлыкнул в ухо Майклу Джеймс. — Джейсон у нас добропорядочный семьянин. У него трое деток, и жена любимая дома ждет.
— С тобой, Джеймс, я бы и жене изменил, — безапелляционно заявил Джейсон. — И совесть бы не мучила!
Джеймс рассмеялся и покачал головой.
— Да ну тебя, — отмахнулся он. — Скажешь тоже.
— Не веришь? — Джейсон прищурился. — Бросай давай этого птенчика и иди сюда!
— Нет, — быстро сказал Майкл и схватился за лежащую поперек его груди руку раньше, чем успел подумать, что делает.
— Ха, ты смотри, какие мы шустрые! А жадничать нехорошо, — хохотнул Джейсон и направился за перегородку. — Считайте, что меня здесь нет, — выкрикнул он, включая воду. — Ну а если что, Джеймс, ты знаешь, где меня искать. Вторая койка слева!
— Вот видишь, — сказал Джеймс чуть озадаченно, когда вода за перегородкой зашумела.
— А ведь я думал, уж он-то самый натуральный натурал.
— Что, жалеешь, что ошибся? — вопрос прозвучал гораздо резче, чем следовало. — Так еще не поздно, на второй койке слева все ко всему готовы, — процедил Майкл и с раздражением сбросил обнимающую руку.
Да что же с ним, в конце концов, происходит? Он-то слово ""ревность"" до этого момента лишь в книгах читал — Селен он ведь никогда не ревновал.
