На улице, в ресторанах, в магазинах. Поначалу ты не станешь этого замечать, но однажды увидишь, как он будет помогать расстегнуть куртку тебе, а глазами будет раздевать других.
— Если бы только слышал, что она говорит, — произнес одними губами Майкл и крепко зажмурился, надеясь, что морок пройдет.
Секунда шла за секундой, но ничего не менялось. Он по-прежнему чувствовал взгляд Селен, а Джеймс молчал, не двигаясь с места. А когда заговорил, голос его был полон горечи.
— Ты сомневаешься во мне — вот в чем дело, — Джеймс отпустил его плечи и отвернулся.
— Не прячься за ней. Эти слова только твои. Ты не веришь мне. Думаешь за меня. Решаешь. Или… — тут он снова поднял глаза и сухо продолжил: — Или, может, это просто очередная попытка найти повод? Сдался я тебе со своей любовью! Заставляю жить зачем-то, дергаю, тормошу, мешаю. Две недели ты молчал — сдохнуть хотел, да? Раз уж разбиться не получилось. Поскорее к Селен и никаких больше неправильных богопротивных чувств! Если, конечно, у тебя все-таки есть что-то помимо похоти, про которую ты всё твердишь, — под конец голос Джеймса уже звенел, а глаза горели от обиды и целой кучи так давно подавляемых эмоций.
— Хватит! — закричал Майкл. — Ни за кого я прячусь! А то, что ты когда-нибудь сбежать от всего захочешь, так в этом я уверен. Да, я сужу по себе! Да, я решаю за тебя! Потому что я сам сбежал от всего того, что мне напоминало о ней. И не просто в другой город. Я сбежал в космос! — он перевел дыхание и продолжил, сам не зная, стоит ли. — А насчет сдался или нет, так представь себе — да, сукин ты сын, сдался! Никогда не думал, что перестану считать содомию противоестественной, но черт побери, перестал! Я прекрасно вижу, что ты ждешь от меня ответных признаний.
Но разве тебе не достаточно того, что я хочу провести рядом с тобой не один десяток лет? Неужели этого тебе не хватает?
— Да не нужны мне твои признания! — крикнул Джеймс. — Ты мне обвинений не предъявляй! В том, в чем я ничерта не виноват! Ты уже заранее считаешь меня предателем! Так как, черт побери, нам жить этот твой десяток?!
— А что тебе нужно? Ты тоже слышишь только себя! — отрезал Майкл, даже не думая понизить голос.
— А я уже слышать не могу якобы мои мысли. Тебе ни разу не показалось, что свое мнение о многих вещах я поменял? Нет? А зря… И причем тут предательство! Я не хочу, чтобы ты как раз-таки и был с мной исключительно из нежелания показаться предателем. А сейчас ты скажешь, что я опять сомневаюсь в твоих чувствах.
