Залезая в свою и вытягиваясь на мягкой ткани латексной мембраны, призванной защитить тело спящего солдата ото всех перегрузок, Майкл снова подумал о Джеймсе. Будет ли тот спать во время перелета? Или командирам спать не полагается? Крышка опустилась, и в капсулу с шипением потек бесцветный газ, пахнущий чем-то едким, как хлорка. Погружаясь в сон, Майкл понадеялся, что Джеймс все-таки будет спать. Чтобы не помнить ни прошлого полета, когда погиб Валентайн, ни его, Майкла, жестоких слов.
Но в том, что сон в капсуле может избавить от воспоминаний, Майкл жестоко ошибся.
Во всяком случае, его не избавил. И стоило только открыть глаза, как Майкл тут же почувствовал жуткую усталость и головную боль. За все время полета кошмары терзали его каждую минуту. По крайней мере, Майклу так казалось. Он путешествовал в прошлое, во времена своей юности, переходил в будущее, жил в настоящем, и каждый раз по его вине умирали Селен, а затем и Джеймс. Он тщетно пытался спасти их, но опаздывал в самую последнюю секунду.
А еще он кричал, что любит их, но никто его не слышал.
— Черт возьми, — выругался Майкл, ощутив еще и приступ тошноты.
Крышка капсулы была еще закрыта, но наверняка они скоро прилетят в пункт назначения, раз прекратилась подача снотворного газа.
Рядом кто-то блевал — видимо, у газа было не самое приятное побочное действие. Крышка наконец-то откинулась, и Майкл смог сесть, борясь с позывами последовать примеру соседа. Ужасно хотелось немедленно разыскать Джеймса и сказать ему что-нибудь… Пусть даже не о любви, но что-то, за что не будет стыдно.
Что-то, что заставит того улыбнуться и снова взять его, Майкла, за руку.
— Парни, все пришли в себя? — раздался хриплый голос Громилы Вайса. — Подъем на построение.
— Вайс, — обратился к нему Майкл, вылезая из капсулы. — Пожалуйста, скажи Джеймсу, что мне нужно с ним поговорить. Наверняка, ты его увидишь раньше, чем я. Поэтому передай… это важно, — попросил он, предчувствуя, что в ближайшие часы сам он не сможет перекинуться с Маклейном и парой слов.
— Я передам, Майкл, — Вайс прищурился и посмотрел на него с осуждением. — Но ты ведь понимаешь, что сейчас, мать твою, вообще не время?
— А потом может быть поздно! — рявкнул Майкл.
Громила Вайс кивнул в ответ и отошел. Он выстроил всех, спросил о самочувствии, отдал приказ проверить оружие и ушел.
— Вот и посмотрим, как нам пригодятся все эти тренажеры, — Рич крутанул ручку излучателя — на этот раз самого что ни на есть настоящего.
