Какое-то время Наньгун Сы с совершенно ничего не выражающим лицом и потухшим взглядом стоял перед своим отцом, и только немного покрасневшие глаза выдавали обуревающие его чувства. Однако он не мог позволить себе просто смотреть, поэтому, так и не решившись разбудить обращенного в марионетку отца, начал изучать остальные черные камни Вэйци Чжэньлун в надежде найти хоть какую-нибудь зацепку.
В прошлый раз у него не было времени внимательно рассмотреть людей в большом павильоне за главными воротами храма.
Он запомнил лишь, что весь зал был незримо разделен на две части: «Рай[223.3]» и «Чистилище[223.4]». Сейчас, разглядывая каждую марионетку, он увидел немало знакомых лиц умерших людей. Он узнал своего четвертого дядю, который когда-то был не в ладах с Сюй Шуанлинем, а сейчас жарился на огне в Чистилище, и служанок Двора Трех жизней, бегающих за светлячками и ловящих бабочек в Раю...
Он нашел среди них даже своего деда.
Однако у него не было времени печалиться и предаваться воспоминаниям, поскольку он вдруг почувствовал, что сейчас увидит кое-кого…
А потом он услышал это.
"
"В похожем на шум прибоя ропоте толпы он услышал...
Дрожащий голос, что звучал тише, чем писк комара…
— Сы-эр…
Наньгун Сы замер, будто громом пораженный. Еще до того как он обернулся, глаза его наполнились слезами.
Словно в тумане, он увидел лишь неясные очертания силуэта цвета лазури и со всех ног бросился вперед, хрипло выкрикивая:
— Мама! Мама!
Когда застлавшие взор слезы пролились, он, наконец, смог ясно рассмотреть ее.
На стороне, занятой Раем, стояла стройная женщина — его мать Жун Янь. Как и Наньгун Чанъин, эта женщина обладала незаурядным умом и невероятной силой воли[223.5], кроме того, Сюй Шуанлинь позволил марионеткам в этом зале сохранить неизменным их прижизненное сознание[223.6], поэтому, когда Наньгун Сы попал в поле ее зрения, пусть он уже не был ребенком, Жун Янь, используя остаточные воспоминания своего мертвого тела, все-таки смогла его узнать.
Дрожа всем телом, она с большим трудом протянула к Наньгун Сы окоченевшие руки:
— Сы... эр…
На Жун Янь была та же одежда, в которой она была в их последнюю встречу. Когда Наньгун Сы встал перед ней на колени, казалось, что в одночасье он вернулся в тот самый год и ночь в Духовной школе Жуфэн. За окном вновь светила полная луна, и мать пришла в детскую искать его.
Стоя на коленях, Наньгун Сы запрокинул голову, глядя на нее снизу вверх.
