Хотя он был лишь полуфабрикатом, сохранившим часть собственной жизненной силы и сознания, этот человек почти полностью утратил разум, опустившись в умственном развитии до уровня пятилетнего ребенка. У Ши Мэя не было причин просто так убивать его, тем более что бывший глава мог еще пригодиться.
— Сердечный друг старшего брата, ты вернулся, — стоило Наньгун Лю увидеть его, и его полное лицо тут же расплылось в самой искренней улыбке.
Некогда Сюй Шуанлинь признал Ши Минцзина своим сердечным другом, поэтому, следуя его примеру, Наньгун Лю относился к нему как близкому другу старшего брата.
Это обращение заставило Ши Мэя на миг замедлить шаг. Прищурив глаза, он сказал:
— Не говори глупостей.
— А?.. — Наньгун Лю в недоумении посмотрел на него. — Тебе не нравится, когда я так тебя называю?
— Не нравится, называй меня просто Хуа Биньань, — лицо Ши Мэя помрачнело. — Давай, иди вперед, открой мне путь.
— Куда желает пойти сердечный друг старшего брата?
— … — мышление этого человека было как у пятилетнего, так что не было смысла с ним препираться.
Ши Мэй нетерпеливо приказал, — отведи меня в тайную комнату, где раньше жил Сюй Шуанлинь.
Наньгун Лю тут же повел его за собой.
На самом деле, убежище Сюй Шуанлиня не было тайной для Ши Мэя, вот только на всем пути к нему слишком уж часто нужно было проливать кровь рода Наньгун. И хотя Ши Мэй хранил ее запас, сейчас он нес Чу Ваньнина, и ему было неудобно каждый раз освобождать руки, так что помощь Наньгун Лю оказалась весьма кстати.
Они прошли уже полпути, когда идущий впереди Наньгун Лю вдруг повернул голову и, не в силах сдержать любопытства, спросил:
— Сердечный друг старшего брата сегодня захватил с собой друга, чтобы вместе провести ночь?
— Провести ночь? — похоже, эти два слова особенно понравились Ши Мэю. Его хмуро сведенные брови чуть расслабились, и он с улыбкой ответил. — Почти. Совершенно точно провести ночь. Но к тому же в будущем он проведет здесь очень много ночей, можно даже сказать, что он будет жить здесь постоянно.
Наньгун Лю стало еще любопытнее:
— А кто он такой?
На миг задумавшись, Ши Мэй вдруг рассмеялся:
— Ты правда хочешь знать? Боюсь, детям не следует слышать о таком.
Наньгун Лю широко открыл глаза. На самом деле, это наивное детское выражение на лице мужчины средних лет выглядело не только омерзительно, но и потешно.
Они дошли до входа в тайные покои. Внутри горела негасимая лампада, комната выглядела уединенно и аскетично.
