Сюй Шуанлинь какое-то время молча смотрел на него, а потом вдруг расхохотался в голос. Ло Фэнхуа, этот бедный, но честный человек, оказался совсем сбит с толку. Однако, справившись с неловкостью, он оправил платье, и со всей серьезностью, сложив руки в малом поклоне, вежливо приветствовал его как равного.
Благоухающее мандариновое дерево отбрасывало тени на их лица.
Когда Ло Фэнхуа поднял голову, Сюй Шуанлинь улыбался. Несмотря на насмешливо приподнятые брови и изогнутые в полной высокомерия злой усмешке уголки рта, тогда младший Наньгун был еще совсем мал, так что, когда этот ребенок улыбался, природа брала свое, и он выглядел нежным и сладким, как медовый персик.
Тем не менее ему понравились слова: «Славное имя и репутация — все абстрактно».
Раз так, значит, какая разница, как ему называть этого человека?
Поэтому Сюй Шуанлинь неспешно и с нарочитой ленцой произнес:
— Учитель.
Тихо шуршали листья мандаринового дерева, отбрасывая повсюду пестрые тени.
Поднялся ветер.
«И хватит с него! Пусть довольствуется этим, поклоны этому отцу-наставнику я отвешивать точно не собираюсь. И года не пройдет, как нужно будет искать следующего», — думал он тогда.
В то время Сюй Шуанлинь в самом деле полагал, что все будет как прежде, и этот день в его памяти останется, как один из самых обычных дней в его жизни.
Автору есть, что сказать:
песня Ло Фэнхуа (潭间落花三四点，岸上弦鸣一两声，弱冠年华最是好，轻蹄快马，看尽天涯花) адаптирована (самой Жоубао и в какой-то мере этим переводчиком) из стиха Мэн Цзяо (孟郊; 751 — 814) «После сдачи экзаменов»:
春风得意马蹄疾，一日看尽长安花
Ветер весенний удачу навеял, лошадь сбила копыта — все утро кругами столицу мерил, что вся цветами укрыта.
Глава 227. Гора Цзяо. Поговорим о прежних временах
В один миг пролетело несколько лет.
Два года спустя в погожий осенний день Сюй Шуанлинь лежал на крыше главного дворца Духовной школы Жуфэн, щурясь, смотрел на пылающее небо и крутил во рту соломинку «собачьего хвоста[227.
1]».
Мало кто решался забираться так высоко, и изначально это было место, где он мог побыть один, но сейчас справа и слева от него сидели еще двое.
Первым был его старший брат Наньгун Лю, а вторым — не сильно отличавшийся от них по возрасту отец-наставник Ло.
