Куколка осталась в прошлом. Призрак, фантом, напоминающий о том, как было хорошо. Я сам ее отпустил. Наверное, так честнее? Не уверен, что я — тот, кто ей нужен. Неуверен, что хочу закрыть Крис в своей берлоге и ограничить ее мир кастрюлями и пеленками.
Да, мне до хруста в костях больно видеть ее и не иметь возможности коснуться нежной кожи, зарыться пальцами в волосы, утонуть во взгляде… Как получилось, что меня так накрыло стремлением быть с человеком всегда и безраздельно. Странно, но я никогда не чувствовал желания выпроводить ее из моего дома.
Мне было комфортно, когда она хозяйничала на моей кухне, мылась в душе или спала на моих простынях… Словно она всегда у меня была…
Я же только и делал, что колол ее гадкими словечками: «Ты такая, как все… Кукла Дина…». Девушка без имени, потому что такой мудак, как я может выбрать любое. Он заплатил…
«Хоть Машей меня называй…».
Я почти не сплю, ни черта не работаю, ем как попало… И все время думаю, стоит ли лезть в ее жизнь? Получится ли построить что-то стоящее или все закончится, как с Наташей? Молча наблюдаю за ней.
Жадно выхватываю из толпы ее образ — стройные ножки в элегантных туфельках, длинные волосы, строгую серую юбку до колен. Пользуюсь мгновением, пока она еще здесь, в нашем офисе… Но совсем скоро другие будут провожать ее взглядом. Восхищаться и наблюдать за ее работой.
А потом в мою жизнь возвращается Наташа… Наверное, ее бросил очередной богач, потому что другой причины ее триумфального возвращения я не вижу.
Она сидит под дверями моего кабинета и горько плачет. Завидев бывшую, я опасливо озираюсь — не хватает еще, чтобы ее истерику увидел весь офис!
Делаю вид, что не замечаю Наташу и прохожу мимо. Но не тут-то было…
— Тимурчик, миленький, прости меня! Я так перед тобой виновата! Для меня никого не существует, кроме тебя! Никого… Я не могу тебя забыть…
На ней дизайнерские шмотки, волосы уложены и залиты лаком, на руках свежий маникюр… Человек, погруженный в страдания, не выглядит так.
Скорее, он смахивает на меня — такого как сейчас… Слегка помятого, взъерошенного. Задумчивого и унылого. Но она… Все, что я сейчас вижу — чистой воды спектакль.
— Наташа, я же сказал — между нами все кончено. Пожалуйста, уйди. Скоро коллеги вернутся с обеденного перерыва. Не хочу, чтобы кто-то тебя здесь увидел.
— Стыдишься меня? Я что урод?"
"Да, она урод… Моральный урод. И прической или маникюром это не исправишь.
