Я смотрю на него – палец у него по-прежнему прижат к губам – «ш-ш-ш».
– Ну-кась, Джорджи, – говорит женщина-полицейский. – Я тебя слышу. Открывай-ка дверь, дружок.
Рамзи возится с металлическим баллоном размером с огнетушитель с приделанной к нему форсункой. Жидкая сварка. Рамзи подходит ко мне и говорит в ухо:
– Знаешь эту штуку? Затвердевает на воздухе. Должна помочь с этой дверью. – Он внимательно смотрит на меня. – Ты в норме?
Я не в норме, но киваю. Мои плавящиеся мозги – это последнее, с чем нам сейчас нужно разбираться.
Мы стоим по ту сторону двери от женщины из полиции, и я слышу, как она говорит:
– Бесполезно. Или им нас не слыхать, или они специально нас игнорируют. Надо ломать.
Другой голос отвечает:
– Дверь железная, сержант. Придётся вызывать таран. Или слесаря.
– Ближайший слесарь в Северном Шилдсе. Съезди за тараном.
Я понятия не имею, что такое таран, но, очевидно, это нечто способное открыть дверь.
Рамзи тем временем читает инструкцию на баллоне, которая лично мне кажется длинным списком ПРЕДУПРЕЖДЕНИЙ, ОПАСНОСТЕЙ и прочих слов красными буквами.
– У тебя есть защитные очки? – шепчет Рамзи, но ответа не дожидается. – Отойди, – велит он – дважды меня просить не надо. Несколько секунд спустя из форсунки вырывается белёсая струя. Падая на пол, она застывает серыми кусками металлического цвета.
Рамзи направляет струю на дверь: вдоль по линии, где дверь соединяется со стеной, поверх петель; по верхней стороне и вниз, вдоль стороны с замками и ручкой, и в замочные скважины.
– Вы это слышите, сержант? Там что-то… слушайте.
Напоследок Рамзи наносит толстый слой сварки между полом и дверью, опустошая баллон, а потом делает несколько шагов назад – оценить свою работу. Вся дверь приварена к стене, и голоса по другую её сторону становятся приглушённее.
– Не знаю, что это такое. Но там точно кто-то есть. Рамзи! Джорджи! Саския!
Мы больше не мешкаем. Спустя несколько секунд мы взбегаем вверх по лестнице в зал управления, захлопывая за собой дверь.
За несколько минут нашего отсутствия Сасс помогла доктору Преториус усесться в её огромное кресло на колёсиках, и теперь пожилая леди перебирает в руках велосипедный шлем Рамзи.
Складывается отчётливое впечатление, что каждое движение пальцев даётся ей с огромным трудом.
– Что нам делать теперь? – спрашивает Рамзи.
Доктор Преториус шумно прочищает горло.
– Можете помочь мне сбежать, когда всё закончится. Под брезентом на погрузочной площадке. Просто надеюсь, что он ещё работает.
