Он дал мне цепь, которая тогда свисала до пупка, а про крест сказал, что я должен с гордостью носить его, как солдат – свой жетон, как генерал – свои медали. Потому что этот крест символизирует борьбу, через которую прошла наша семья. Борьбу, от которой, он знал, я не сбегу и которой не испугаюсь.
Когда нам было по семь или даже меньше, наш отец увидел силу, о которой мы еще не знали, но в которую верили.
А теперь мы знаем.
Вытаскиваю цепь из-под рубашки и читаю слова на тыльной части креста – те, что выгравированы на каждом из наших талисманов.
Пару лет назад я сделал татуировку, так что, даже если я и потеряю цепь с крестом, слова останутся, напоминая о том, что я и так никогда не забуду.
Семья – это не только общая кровь.
Дерзкое, отважное заявление – самое правдивое из всех, что я когда-либо слышал.
Мы поняли мощь этих слов, еще будучи детьми, а теперь мы ценим их еще выше.
С теми, кого мы больше всего любим, мы делим наши сердца и наши жизни – никак не меньше.
Кому-то традиция совместных ужинов может показаться чем-то тривиальным, но не нам.
Это и правда традиция, и мы не желаем нарушать ее. Конечно, всякое бывает, но за последнее время мы нарушили ее всего несколько раз, и мы не хотим, чтобы это повторялось часто. Это то, что мы обещали друг другу, когда росли: каким бы отстойным ни был временами наш мир, с какими бы дикими проблемами мы ни столкнулись, будь то городские или наши собственные разборки, ужинаем мы вместе. Конец дня – лучшее время, чтобы освежить воспоминания на случай, если мы вдруг лишимся всего.
Что бы ни случилось, семья останется и мы будем вместе.
Семья, которая нас объединила.
А ужин – напоминание о том, что в нас течет такая же кровь, как и во всех остальных, пусть даже наш мир особенный.
Вспоминаю шутку Бриэль – о том, что мы наняли ее брата изображать гангстера для спасения наших гребаных жизней. Не такая уж это и шутка, потому что у нас хватает врагов.
Откладываю сэндвич в сторону, откидываюсь на плоские подушки и смотрю в потолок.
Гангстеры и мушкетеры.
Девчонка считает, будто знает о нашем мире все.
Далеко не все…
Но какого хрена я вообще думаю об этой пигалице, раз уж на то пошло?
Может, мне пора вернуться домой?
Меня накрывает зудящая необходимость почувствовать толпу вокруг – толпу близких людей. Мне невмоготу торчать здесь, но я подавляю в себе расслабляющие мысли.
Я только что сказал, что у меня все отлично, и так и есть. Я сам притащил себя сюда. Сам разрешил Маку уехать. У меня все в порядке.
