– Здесь всегда будут плохие вечера. Их не остановить. С годами мальчишки Брейшо становятся только хуже. Ты этого хочешь?
– Он не такой. Он злится на самого себя.
Бас останавливается на светофоре и смотрит на меня.
– И это оправдание?
– А какое оправдание у тебя?! – Мой голос срывается на крик, я защищаю жизнь, что здесь построила, и людей в ней.
Брат меняется в лице.
– Бриэль…
– Так какое у тебя оправдание, Бас?
– Ты не должна была сюда приезжать, – заявляет он вместо ответа. – Я просил тебя солгать. Быть собой, держаться подальше, и у тебя все было бы отлично!
– Быть собой для чего?! – кричу я и чуть приподнимаюсь, чтобы посмотреть ему в лицо.
– Потому что он не мог полюбить такую, как я? Потому что я этого недостойна? Ну, знаешь что, Бас, я солгала не ему. А тебе!
Он смотрит на меня во все глаза, а я продолжаю:
– Ты спросил меня по телефону, поддался ли он твоему плану, и я сказала «да». И это была правда. Ты велел мне быть собой, убедиться, что Сиара рядом, чтобы он увидел нас обеих и попался на уловку.
Все так и было. Ему хватило одного взгляда на нее, и, как ты и сказал, он решил, что она – это я. Высокая, красивая, в точности как Бас Бишоп.
– Бриэль, – брат качает головой, но я не даю ему вставить и слова.
– А вот что я тебе не сказала, так это то, что Сиара выдала меня уже через пятнадцать минут, так что я без всяких усилий придерживалась твоего маленького плана. – Вскидываю руки и тут же опускаю, хлопая себя по коленям. – Я – это была я, совершенно и полностью, и, чтоб ты знал, он меня за это не возненавидел.
Не выкинул меня за то, что я это я, как это сделал ты.
Он бледнеет.
– Да, Бас, я знаю, – пронзаю его гневным взглядом. – Теперь я знаю, что это ты принял за меня решение. Это ты отослал меня прочь, разлучил нас. Не они. А ты.
Его взгляд ожесточается, он смотрит мимо меня.
– Это он тебе сказал?
– Нет, он не говорил. Но стоило бы. Я вылила ему на голову столько дерьма, а он ни разу не бросил мне это в лицо, хотя у него было столько возможностей.
И знаешь, почему? – спрашиваю я, но не даю ему ответить. – Потому что он знал, сколько ты для меня значишь, знал, что правда разобьет мое чертово сердце, если бы я услышала ее до того, как была готова.
– Он тобой манипулирует.
– Нет, – рявкаю я. – Не манипулирует. Но спасибо тебе за то, что дал мне понять, какой психически неустойчивой ты меня считаешь.
– Я не считаю тебя психически неустойчивой, – качает головой Бас. – Но ты еще маленькая.
