По пути Бас здоровается с людьми, которые замечают его, пока мы протискиваемся через толпу.
На улице брат поворачивается ко мне.
– Какая ты стала, Бри, – хрипло произносит он, и я замечаю влагу в его глазах. – Маленькая, но… уже не маленькая.
У меня вырывается смешок, он протягивает руку, и я подаю свою.
– Ты красотка, сестренка.
Не могу сдержать улыбку и поднимаю взгляд.
– А ты как будто даже выше, чем я помню.
Бас ведет меня дальше, к машине, на которой приехал. Она классная, лучше, чем все то, что, по моим ожиданиям, он мог бы себе позволить.
Классика, как братишка всегда и хотел. «Мустанг Фэстбек» 1969 года – та самая машина, постер с которой висел на стене у него в спальне, сколько себя помню.
Мне нет нужды спрашивать, его ли это машина или он ее одолжил, чтобы добраться сюда. Достаточно посмотреть на номер:
Бишоп 2.
На меня что-то находит, снова подступают слезы.
– Ага, – выдыхает он. – Я, наверное, долбанутый на всю голову, раз пользуюсь тем же, что и эти засранцы, но я просто не мог не взять эту красавицу.
И решил пользоваться ею правильно. Номер тачки, что мне мать подарила, – «4 Бишоп», но нас никогда не было четверо, – он смотрит на меня, мой любимый, всегда защищавший меня брат. – Нас всегда было двое. Только ты и я, Бри."
"И снова глупые слезы текут по моим щекам, мы стоим в тяжелом молчании, и это настолько неловкое ощущение, что оно опустошает. Чтобы заполнить пустоту, садимся в машину, и Бас выруливает на дорогу.
Через несколько минут брат начинает говорить:
– Что, черт побери, случилось, Бриэль? Как ты тут оказалась?
Я пожимаю плечами и отвечаю прямо:
– К нам в город приехал Ройс, как ты и говорил, а потом он вернулся и забрал меня с собой.
– Почему ты мне не сказала?
– А почему ты не сказал мне, что уехал отсюда? – шепотом спрашиваю в ответ. – Я приехала сюда, думая, что мы будем тут вместе.
– Когда ты поняла, что меня здесь нет, надо было приехать ко мне.
– Когда я поняла, что ты уехал, у меня уже не было нужды бежать к тебе, Бас.
Это во‑первых, а во‑вторых, я не знала, где ты.
В его глазах загорается тревога, когда он видит мой синяк.
– У тебя все нормально, Бри?
Я сглатываю.
– Да, все отлично. Это был несчастный случай. Я… отключилась.
– Ты не выглядишь на «отлично», Бриэль. И я знаю, какие остаются разрушения после того, как перейдешь дорогу Брейшо, – рявкает Бас. – Что-то случилось, и ты вдруг не значишь для них ничего, хотя до этого много что значил.
– Сегодня просто… плохой вечер.
