Когда приехавшая на место преступления следственная группа допрашивала служащих компании Марика, они все как один заявили, что не видели стрелявших. По крайней мере, у нас была такая информация.
Антон Малевский, каким он был в начале 1990-х (из-за псориаза часто был вынужден носить пластырь на носу)
Но, как бы то ни было, сразу после акции мы отвезли Антона на одну из наших резервных квартир, расположенную на Нагорной улице, адрес которой знали только я и Культик. Пока следствие «рыло землю по горячим следам», Антон безвылазно находился у нас в схроне.
Всё необходимое: продукты, одежду, книги, прессу, фильмы и прочее мы доставляли ему сами. Через несколько недель, убедившись, что со стороны правоохранительных органов ему опасность не грозит, Антон вернулся в строй.
Нередко конфликт между группировками, готовый перерасти в кровопролитную войну, как-то сам собой затихает. Иной раз враждующие стороны находят рациональное решение для замирения, а иной – обиженная сторона просто проглатывала оскорбление, найдя благовидный предлог для оправдания своего малодушия.
Возможно, что и в нашей ситуации кто-то думал, что будет так же. Мол, немного посуетятся, поиграют в войнушку и успокоятся. Может быть, именно поэтому они поддерживали втихаря Геру, рассчитывая, что в будущем такое смертельное, безбашенное оружие, как его бригада, им самим пригодится. Но они явно заблуждались на наш счёт.
Дерзкая ликвидация Сухого показала серьёзность наших намерений.
Для Геры смерть Сухого была гораздо большим, чем потеря друга, соратника, боевой единицы. Это была и потеря авторитета, утрата влияния, а вместе с ними и потеря экономической подпитки. Те, кто помогал Гере (из страха, симпатии или по другим причинам), отвернулись от него, опасаясь нашего возмездия. А хуже того, вера Гериных людей в своего лидера пошатнулась.
Для нас же смерть Сухого явилась хоть и не полной, но весьма значительной победой и моральным стимулом. И останавливаться на достигнутом мы не собирались.
После убийства нами Сухого, наши сторонники стали более активно проявлять своё участие в деле.
В день похорон Сухого мы выставились[7] на кладбище. Конечно, вероятность того, что Гера появится там, была невелика, но всё-таки мы этого не исключали. Гера не появился.
Возможно, кому-то наша тактика – устроить засаду на кладбище во время похорон – могла бы показаться вопиющим цинизмом и беспределом. Что ж, так и есть.
