Не располагаю деталями Лёхиной работы по Аксёну, так как был тогда всецело занят ситуацией в Одинцово, но знаю в общих чертах, что он пытался устранить его с помощью самодельной мины, от взрыва которой никто не пострадал (да, да, взрывчатка не Лёхин конёк). Планировал совершить выстрел с дальней дистанции и даже оборудовал себе позицию в номере одного из корпусов гостиничного комплекса «Измайлово», но возникли проблемы. «Левый» паспорт, на который был снят номер, вызвал подозрения у бдительных стражей порядка, и Лёхе пришлось по-быстрому сваливать оттуда.
Правда, пока он гостил в «АБВГДейке» под личиной заезжего музыканта, ему несколько раз удавалось приблизиться к Аксёну, но исполнить не получалось. Точнее, исполнить-то он бы мог, а вот уйти оттуда вряд ли. Да и вообще, в отличие от своего «тёзки» и коллеги Саши Солдата, избегал ближнего боя.
По наводке, полученной от «курганских», Лёха поджидал Аксёна рядом с офисом Игоря Крутого и у каких-то теннисных кортов…
Но шанса выполнить работу ему так и не представилось.
С какого-то времени Аксён более-менее регулярно стал посещать спортивный клуб «World Class» на Полянке[25]. Культик тоже бывал в этом фешенебельном зале и время от времени пересекался там с Аксёном. Как я уже говорил, открытого конфликта между нами (вернее, между Культиком и Аксёном) не было, и они, встречаясь, вели себя вполне дружелюбно.
После ряда неудач, постигших Солдата в Измайлово и других местах, было решено нанести удар по Аксёну у «World Class».
Как вариант рассматривался простой, без затей «кавалерийский наскок».
Место было вполне для этого подходящее. Тем более Аксён, не подозревавший о том, что за ним ведётся охота, передвигался по городу без эскорта и представлял собой лёгкую добычу. Сопровождал его обычно Илья, совмещавший обязанности водителя и охранника, и отработать их с Аксёном, скажем, из двух автоматов было бы несложно.
На этот случай была уже подготовлена группа Мясной – Кондрат, и в один из дней я вместе с ними выезжал на точку, чтобы показать цель и сориентировать на местности.
Однако Лёха – для него это был вопрос профессиональной гордости и престижа – горел желанием сам закончить начатое дело.
В своих показаниях, имеющихся в моём уголовном деле, Солдат утверждает, что причиной, побудившей его самому довести дело до конца, было стремление не допустить того самого «кавалерийского налёта» в исполнении Мясного и Кондрата, в результате которого могли бы пострадать посторонние люди.
