С коробкой дешевой магазинной пиццы и каким–то винищем. Меня передергивает. Я еще не скоро решусь на прием алкоголя. После всего случившегося мне важно знать, что мое сознание полностью мне подконтрольно.
Подруга тонко улавливает мое настроение. Пожимает плечами и, не дожидаясь приглашения, топает в кухню. В моих опустевших хоромах Лерка чувствует себя как дома.
– Можем и чай попить.
– Вот это давай, – киваю я, набираю в чайник воды и возвращаю на подножку, пока Лерка выставляет таймер на духовке.
– Эй! – вдруг замечает она.
– Это что? – хватает мою руку. Ее голубые глаза широко распахиваются и заполняются неподдельной тревогой, когда она находит новые и новые синяки на моем теле. Их не так много. И они не доставляют мне особого дискомфорта. То, что у меня болит, с синяками вообще не связано. Это что-то в душе. Как я вообще дошла до такой жизни?
– Жанн… – Лерка конвульсивно сглатывает. – Какого хера? Кто это…
– Тот мудак. Ну, помнишь, который ко мне подкатил на танцполе?
Чайник щелкает.
Я открываю дверцы шкафчиков. Достаю чашки. А потом мы с Леркой пьем чай, как парочка пенсионерок, и я рассказываю ей, что случилось.
– Извини, – качает головой эта дурочка.
– Да за что?
– Нужно было убедиться, что ты благополучно села в такси. Хорошая же из меня подруга! – горько замечает Лерка и тянется все ж за бутылкой. Признаться, я и сама на нее злилась, рассуждая примерно так же, но сейчас от тех мыслей не осталось следа.
– Перестань. Ты ни в чем не виновата. Мне самой не нужно было с ним никуда идти.
Кто ж знал, какая говеная эта идея?
О том, что меня опоили, умалчиваю. Мне стыдно, что я это допустила. Даже полные дуры знают, что нельзя оставлять свой стакан без присмотра, находясь в незнакомой компании. Умные не доверяют и близким.
Ерзаю на табуретке. Подтягиваю ногу к груди и, подумав, тянусь за треугольником пиццы. На вкус та как картон, но во мне неожиданно просыпается просто зверский голод.
– Че делаешь? – спрашиваю, жуя, когда Лерка хватается за телефон.
– Ищу фотку этого твоего Князева.
– Зачем? – сглатываю.
– Да так. Просто интересно, как он выглядит.
– И как? – слабо улыбаюсь.
– Никак.
– Никак?
– Угу. Он никакой! – ржет эта дура и толкает меня в бок локтем."
"– Неправда! – я забираю из ее рук телефон, чтобы посмотреть на фотографию, которую Лерка нарыла на бескрайних просторах интернета. Если судить по ней, то Князев действительно никакой, да. Пожалуй, это самое верное слово.
