Раньше я думала, что селфхармом могут заниматься только полные психи, а теперь и сама едва удерживаюсь от желания нанести себе вред. Я готова сделать все, что угодно, лишь бы избавиться от этого невыносимого чувства вины. Мне кажется, я порчу все, вообще все… Понимаете?
– Жанна…
О господи. Еще и Илья! Ну, какого черта? Легонько бьюсь головой о стену. Он много раз пытался со мной поговорить после того случая, но я пресекала все попытки на корню.
– Что ты хочешь?
– Хочу понять. Почему ты меня не дождалась?
– А что, ты пришел?
– Ну, конечно! Я же пообещал.
– Он кажется действительно растерянным.
– Ты много чего мне обещал, Илюша.
– И я готов все свои обещания претворить в жизнь. Только ты не даешь. Поманишь пальцем – и убегаешь. А я, как последний лох, ведусь.
– Это было всего один раз, – я устало вздыхаю и хочу пройти мимо. Нам не о чем больше говорить. Мое сердце выдублено в соли. Мое сердце почти не болит.
– Хорошо. Но почему ты меня не дождалась? – стоит он на своем.
– Потому что узнала одну интересную деталь.
– Это какую же?
– Ты решил ко мне вернуться, когда не прошел фейс-контроль у папочки Арины.
Илья моргает. Смотрит на меня, открыв рот.
– Чего? Кто тебе наплел этот бред?
Если бы он стал и дальше отпираться – я бы засомневалась. Но… он не отпирается. Нет. Он весело смеется, откинув темноволосую голову. Я зачарованно наблюдаю за тем, как проступают жилы на его шее. Как в приступе хохота вздымается грудь… Картинки того дня вновь взмывают у меня перед глазами чередой последовательных кадров.
Марго!
– Хочешь сказать… Ты расстался с ней по доброй воле?
– Ну конечно, дурочка. Я просто понял, что не могу без тебя. Я ошибся… Дал слабину. Но такого больше не повторится. Я люблю только тебя, Жанка. Я так тебя люблю…
А что это меняет? Я, будто зачарованная, качаю головой.
– Поздно, Илья.
– Нет! Ничего не поздно! Ты бросишь этого старого придурка, и все будет как раньше.
– Как раньше уже не будет. Я… беременна.
– Что? – его недоверчивый взгляд соскальзывает на мой плоский живот.
– Я беременна. Ничего уже больше не будет.
Я пячусь… пячусь. Не понимая, что на проезжую часть. Марго… Зачем она это сделала? За что она… так? Ведь все могло быть иначе. Ведь все могло быть…
– Эй, стой! Ты куда, спятила? – Илья буквально выдергивает меня из-под колес не успевшей затормозить машины.
– Ничего уже не будет, – как механическая кукла повторяю я.
– Будет! Еще как будет! Пойдем…
И я иду послушно. Усаживаюсь на стул в кафе.
