Но все равно рад, что вернулся домой. Дома компьютер, брат, сестра, Пушкин, да и вообще, стены помогают.
Марь Иванна не достает ребенка. Хоть какая-то польза от гадского Марата – учительница просто передает задания для Сюрика через Игрушку и Шоколада, а те, в свою очередь, передают выполненную работу от брата ей. Так и живем. После эпичного появления Марата в школе успеваемость у детей резко возросла, и у меня отпала хотя бы эта проблема."
"Марат… За этот месяц я не вспоминала о нем. Ну, почти. Я так волновалась за сына, вся растворялась в его проблемах, в заботах о нем, что у меня не было ни сил, ни желания страдать по этому говнюку.
Он даже не объявился. Взял свое, кинул в меня своей сотней. И растворился в закате…
Сотня от этого урода пришлась как нельзя кстати – я не работала этот месяц, сидела на больничном с Сюриком. А так как я - мастер на сдельной оплате, никакого оклада у меня нет – сколько потопаешь, столько полопаешь – этот принцип существует не только у журналистов, но и у всех остальных профессий без фиксированной выплаты.
Так вот, как бы мне не хотелось, но Сюрику были нужны дорогостоящие препараты, витамины, перевязки, питание и многое другое. Все равно, он сын Марата, и Шторм хотя бы так, косвенно, сам того не желая помог сыну в трудной ситуации.
За этот месяц я была настолько замотанной, что даже радовалась отсутствию месячных, хотя и затаилась прокладками и тампонами в больницу по полной программе. Переживать время месячных вне дома, вне привычной атмосферы – то еще испытание для женщин, поэтому каждый день задержки я воспринимала с благодарностью.
Точнее, не так. Я не так уже сильно обращала на это внимание, просто понимала, что менструации нет, и облегченно забывала об этом.
А вот дома, когда время задержки составило уже недели две, я насторожилась. Прислушивалась к себе: грудь налилась, стала болезненно-тяжёлой, низ живота потягивал. Тянуло на сладкое, и на мясное. Но у меня это обычное состояние перед месячными.
Дома я начала успокаивать себя тем, что задержка произошла по вине стресса.
Не каждый ведь день попадаю с сыном с переломом ноги в больницу.
Поуспокаивала себя еще пару недель дома, а сегодня, с утра пораньше, меня затошнило от запаха корма для Александра Сергеевича.
Странно… протух что ли? Вроде раньше ничем не пах…
- Сюрик, милый, а ну понюхай! - протягиваю я коробочку со сбалансированным кормом для черепашек сыну.
Сюрик лежит на диване, нога его покоится на подушке. Сынок читает книгу.
