Не такие, как у чемпиона. Светлее.
Оттенка тёплого ореха.
Не сводящие с ума…
– Прости меня. Я поцеловала тебя, чтобы вызвать ревность у другого, и я к тебе слишком хорошо отношусь, чтобы не признаться в содеянном. Мне очень стыдно.
– Речь о боксёре? – спокойно уточнил Леон, а я удивлённо распахнула глаза.
– Почему ты так решил?
– Я видел его в доме Алекса.
Ну, конечно, Максвелл приходил в больницу, и моему умному доктору ничего не стоило сложить два факта вместе.
– Ты прав, речь о нём. Прости меня, пожалуйста…
– Хватит извиняться, Эмили.
Мне не двадцать лет. Я не собираюсь устраивать истерики.
– Не могу представить твою истерику. Ты всегда такой… уравновешенный.
Леон улыбнулся.
– Работа обязывает. Но я же человек. Бывают вспышки.
– Страшен в гневе? – Кинула шутку, чтобы разрядить атмосферу перед последним, самым главным вопросом.
– Очень.
Испытывая неловкость, я засунула руки в карманы кофты и провела носком кроссовка по огромному, прилипшему к асфальту листу.
– Мы больше не будем общаться?
– Ты так бездарно замаскировала фразу «давай останемся друзьями»? – безобидно сыронизировал он.
– Вроде того.
– Мы и так друзья.
Я отстала от бедного листа и недоверчиво посмотрела на мужчину перед собой.
– Ты мне нравишься, но я изрядно подзатянул с твоей терапией, не подумав, что может появиться кто-то ещё.
Странное разочарование поселилось в районе груди. Терапия. Я всегда чувствовала, что, несмотря на всю его симпатию, он так и не смог до конца уйти от восприятия меня как объекта своих медицинских исследований.
– И что это значит? – вымученно спросила я, желая получить полное подтверждение своим домыслам.
А Леон будто только и ждал этого вопроса.
– Пять лет ты состояла в отношениях с Эйденом Райсом. Ты училась, работала, у тебя были друзья и увлечения. На первый взгляд всё просто замечательно. Но не учтён один нюанс: всё это имело смысл, только пока он был рядом. Стоило ему покинуть тебя хоть на день – ты начинала, как ты утверждаешь, задыхаться. У тебя никогда не было никаких болезней лёгких, Эмили.
Это тревога, вызванная эмоциональной зависимостью от другого человека. И основная её причина – недолюбленность в детстве. Эйден подарил тебе чувство, которым ты была обделена. Ты растворилась в нём. Если возникла бы потребность, ты поставила бы его цели выше своих. Просто так вышло, что Эйден, обласканный своей семьёй, не нуждался в жертвах. – Доктор сделал паузу, давая мне немного времени осмыслить сказанное. Но шло очень тяжело.
