Китаев постоянно с кем-то переругивался по телефону, пока связь не пропала. «Что, опять?» — поинтересовался замглавы, и Китаев поморщился. Сказал: ну они хотят себе бизнес отхапать, это понятно. Просто ищут предлог. А девочка, тихо спросил кто-то, и Рома прислушался. Девочка-то здесь теперь.
Китаев неопределенно покачал головой, покосился на Рому. Что девочка? Девочка ничего, в порядке.
На этом все умолкли. Добравшись до места, оформили документы и разошлись по точкам.
…Доносится эхо выстрелов, и Рома поворачивается на звук, шумно дышит в шарф.
Затем идет по собственным следам вдоль склона, на подъем, выбирается в бурю.
Косуля выскакивает прямо на него, даже целиться не нужно, Рома просто стреляет на испуге, отшатнувшись, и лишь потом понимает, что произошло. Следом из-за гряды выбегает гончая, крутится у ног Ромы, повиливая сломанным хвостом.
— С полем, — сообщает Рома в рацию.
В ответ помехи, обрывки голосов.
Косуля лежит, выгнув шею, бежево-серо-белая, как зимняя степь вокруг.
Она подергивается, чиркает копытом по окровавленному снегу. Смотрит на Рому одним глазом, влажным и темным, как у Ники.
Рома нехотя вскидывает карабин, целится ей в голову. Но косуля дергается в последний раз и испускает дух сама.
— С полем! — доносится крик. Дядя идет к нему, машет рукой, галлюциногенно-оранжевый на фоне пурги и снега. За ним бредут еще двое, несут тушу.
— Сколько вышло?
— Одна, — отвечает Рома, не уточняя, что она чуть его не затоптала.
Дядя подходит, хлопает его по спине, оценивает косулю. Все еще не может отдышаться. На бровях собрался иней, лицо раскраснелось.
— У нас две. Сначала козел вышел, поскакал наверх. Срезали. А потом коза, эта к тебе ушла. Ты бы ее обратно, к нам.
Рома даже не интересуется, как дядя себе это представляет, он устал и уже вернулся бы в Староалтайск. Единственное, чего он хочет, так это спросить у дяди и у начальника полиции о Светке — движется ли дело? Он только ради этого и ехал.
Китаев встает над косулей, расставив ноги. Пытливо смотрит сверху вниз.
— А ты говорил возвращаться. — Он щерит зубы и приподнимает морду косули стволом винтовки. — Гля какая.
Косуля смотрит на Рому мертвым карим глазом.
Зацепок нет, говорят в буханке по дороге в Староалтайск. Как в воду канула, но надежда есть, ищем, Рома, ищем и обязательно найдем.
выдох второй"
"Дядя Толя Китаев помогал маме, сколько Рома себя помнил.
