Устроившись в пустующей кофейне, я сделала заказ. Придвинула к себе латте в большой белой чашке и грустно вздохнула. Я и сама не могла объяснить себе, отчего ударилась в панику. Сама ведь попросила Аверина рассказать отцу правду. Он и рассказал. Кто ж знал, что его папа еще больший притворщик.
На самом деле я испугалась совсем не папиной реакции. Я испугалась близости. Если бы Аверин ни о чем не догадался, и не заявил, что мы подадим заявление в загс, все прошло бы спокойно. Я его соблазнила, он меня соблазнил — с кем не бывает под новый год? А тут — сразу в загс…
Два года назад у меня уже были отношения с мужчиной, который тоже был моим боссом.
Тогда, в жаркий август, я подрабатывала в ресторане официанткой. Артур, управляющий рестораном, очень быстро положил на меня глаз. Он был очень красив. Статный, высокий брюнет с карими глазами. Я влюбилась в него с первого взгляда. Когда Артур проходил мимо кухни, у меня подгибались колени и дрожали руки. Первый поцелуй, прогулки под луной у пляжа после вечерней смены — моему счастью не было предела.
Он знал, что я невинна, и делал все, чтобы я в него влюбилась. Впрочем, особых усилий не требовалось — мои чувства к нему и так зашкаливали. Я ждала его звонков, писала романтические сообщения, а когда мы гуляли по набережной, не было девушки счастливее, чем я.
До сих пор помню тот вечер, когда мне открылась страшная правда…
«Тая, завтра банкет на яхте. Не хочешь подработать? Вечером яхта отплывает от пристани ресторана, и до самого утра будет курсировать в ночном море.
Ничего особо делать не надо — только подносить напитки и горячее. Хозяин обещал двойную оплату за ночь, так что думаю, в накладе не останемся».
Ага, как же, напитки разносить… Артур меня обманул. Он взял меня на яхту, чтобы продать своим друзьям. Они поставляли живой товар куда-то в восточные страны. Невинные девушки являлись очень ценным грузом.
Как только мы оказались на борту, Артур запер меня в каюте и ушел играть в карты.
В ту ночь мне очень повезло — кто-то спалил Артура и его друзей.
Бравая морская полиция проводила рейды и не подвела — остаток ночи я никому не принадлежала. Я провела его в полицейском участке, пытаясь доказать, что не занимаюсь проституцией. Утром из полицейского участка меня забрала бабушка. Мне было очень стыдно — тогда она отдала сотрудникам полиции почти все сбережения, чтобы меня отпустили, закрыв глаза на обстоятельства. С тех пор прошло два года, но влюбиться еще раз я себе не позволяла.
