Мой счастливый билетик укатил с блонди-утиные-губки, оставив меня с носом»…
Мимо проплыла Юля Телегина, моя вечная соперница из рекламного отдела. Окинув оценивающим взглядом мое розовое платье, она скрылась в банкетном зале. Я нахмурилась. Телегина пришла к нам в отдел всего полгода назад, предпочитала ходить с собранными в строгий пучок светлыми волосами, мрачных костюмах и обладала задатками настоящей хищницы. Знала, где надо прогнуться, а где стоять намертво. И ей всегда везло. Ее отчет Кипелов одобрил за полчаса до окончания рабочего дня.
Я давно мечтала избавиться от должности помощника дизайнера, на которой пропахала ровно два года после окончания института. А мерзкая и уверенная в себе Телегина очень бодро обскакала меня по всем направлениям лишь потому, что являлась блондинкой. Ее Кипелов впускал в свой кабинет даже без предварительной записи, и ему ужасно нравились ее работы.
— Шампанского? — предложил проплывающий мимо официант с подносом, уставленным бокалами игристого белого.
— Шампанского? — грустно взглянула на поднос я.
— А давайте. Все равно мне уже ничего не светит…
Официант ободряюще улыбнулся.
Подхватив бокал, я вернулась в просторный банкетный зал — туда, где на одном из диванчиков шушукались Телегина и ее новая лучшая подружка Таня Овсянникова из отдела бухгалтерии.
Телегина в тот вечер постаралась. Ее волосы были уложены красивыми пепельными локонами. Деловому стилю Юля не изменила, и притащилась на банкет в строгом брючном костюме цвета крепкого кофе. Впрочем, несмотря на отсутствие косметики, ей шел этот образ.
В отличие от меня — девушки в розовом платье с открытой спиной, она намного больше походила на начальника отдела дизайна. От этого стало неприятно. Когда я допустила просчет? Наверное, в тот момент, когда чрезмерно увлеклась выбором платья.
— Что, не принял? — с наигранным сочувствием взглянула на меня Телегина.
— Нет, — хмуро буркнула я и остановилась, раздумывая, занять место рядом с этими сплетницами, или пройти мимо.
— Господин Кипелов любит блондинок с пухлыми губками и ненавидит отпетых карьеристок, жаждущих получить повышение, — раздался знакомый голос за моей спиной.
— Я уже поняла, что если хочу его благосклонности, мне придется поменять цвет волос, — раздраженно передернув плечами, я подняла глаза на голубоглазого наглеца, спасшего меня от падения несколько минут назад. — Только этого никогда не будет.
— И правильно, — приподнял свой бокал он. — Насыщенный темный тон идет вам намного больше.
