Но праздник был таким грандиозным, и люди приходили отовсюду, чтобы принять участие. Это было прекрасно, так как и зрителей у нас прибавлялось.
— И сколько же монахов у вас было?
— Очень много. Пришлось использовать почти всех, кого можно. Я даже пыталась уговорить доктора Смита.
— И он согласился?
— Нет. Ему в этот день надо было ехать в это свое заведение, и вообще он сказал, что ему надо быть начеку, ведь в любой момент может понадобиться его помощь.
— А его дочь?
— Она, разумеется, принимала участие в спектакле.
Ей досталась роль маленького Чарльза. Она прелестно выглядела в бархатных бриджах с длинными волосами. Так как она была еще мала, это не казалось нескромным. А вот эта сцена: «Когда ты в последний раз видела своего отца?» — смотрелась просто потрясающе.
— Роль монаха ей не подходила?
— Нет. Но ее принца Чарльза я никогда не забуду. Все играли прекрасно. Даже мистер Редверз — а ведь никто и предположить не мог, что из него выйдет хороший актер.
— Что вы говорите? И кого же он играл?"
"— Он был просто монахом, но все-таки был в гуще событий.
— Как… интересно.
— Хотите еще кофе?
— Нет, спасибо. Кофе был отличный. Но мне уже нужно возвращаться.
— Я была действительно рада увидеть вас, и надеюсь, ваши покупки вас не подведут.
Поблагодарив друг друга, мы расстались, и в смущении я направилась домой.
Я была уверена, что тайну костюма я раскрыла. Кто-то воспользовался костюмом монаха, чтобы напугать меня.
Когда-то такой костюм был у Люка. Сохранился ли он у него? У Саймона тоже должен был быть такой костюм.
Хотя он об этом не упомянул, когда я ему рассказывала об этом случае.
Сначала я решила, что надо обсудить все мои догадки по поводу костюма с Хагар, но потом заколебалась. Ведь в таком случае и Саймон узнает об этом. А я совсем не была уверена, что мне хотелось, чтобы Саймон узнал, до чего я докопалась.
С одной стороны, подозревать Саймона было смешно. Как он мог оказаться в нашем доме в такое время? И все же я вынуждена была принять во внимание, что после Люка он следующий претендент на Ревелз.
Как тревожно было ощущать, что никому нельзя довериться! Но именно так и обстояли дела.
Поэтому на следующий день, когда я навестила Хагар, я ничего ей не сказала о случае с моей накидкой, хотя мне просто не терпелось обсудить это хоть с кем-нибудь. Но вместо этого я старалась говорить с ней о повседневных делах; спросила, не могу ли я помочь ей купить для нее рождественские подарки.
