– Вот за это, – сказала она, как ему показалось, с удовольствием, – я вас и увольняю! За то, что вы ничего не способны контролировать! Вы свободны.
– Я на вас в суд подам, – выпалил бывший начальник, и голос у него дрогнул, – вы права не имеете.
– Подавайте, – разрешила она. – Лично я советую вам написать «по собственному желанию», впрочем, как хотите.
– Я… я… к Анне Иосифовне пойду!
Она пожала плечами.
Всем в издательстве было хорошо известно, что генеральная директриса царствует, но не правит. Никаких серьезных решений она никогда не принимала и ни за что не отвечала.
Единственным исключением стал невесть откуда взявшийся заместитель со странной фамилией и больными глазами, но с ним дело явно нечисто. Екатерина Петровна чувствовала подвох прямо-таки спинным мозгом.
Подвох и угрозу.
Минут через десять после того, как уволенный компьютерный начальник выкатился из ее кабинета, позвонил Стрешнев и спросил осторожно, не поторопилась ли она.
– До тебя уже добрался? – осведомилась Екатерина Петровна равнодушно.
– Саш, обратно я его не возьму.
– Да он тут ни при чем совсем!
– Какая нам разница?! Самое главное, чтоб другим неповадно было. Особенно этим всем блогерам, «одноклассникам» и которые «вконтакте»! Спасения никакого нет от них.
Стрешнев помолчал.
– А работать кто будет? – осведомился он устало. – Мы завтра замену ему не найдем, а у нас специфика будь здоров! Он ведь за все внутренние программы отвечает, и за железо тоже! У тебя завтра компьютер накроется, кто его будет чинить?
– Руководитель отдела мне его никогда не чинил, а сотрудники все на месте останутся.
– Она говорила, прижимая плечом трубку к уху, и просматривала только что присланный график. Судьба компьютерного начальника перестала ее интересовать, как только он выскочил за дверь. – Кроме того, у него заместитель есть, насколько я помню. Вот, значит, заместитель и будет замещать. А что там с отгрузками в Твери?..
– Катерин, погоди ты с отгрузками!..
– Мне некогда годить, – отчеканила она.
– У меня производство, а не институт благородных девиц! И я не хочу, чтобы по издательству, а тем более по Интернету ходили всякие гадкие слухи. Погибший не наш, как он сюда попал, неизвестно, делом занимается милиция. Точка. Так что с отгрузками?..
Это означало – разговор окончен.
Стрешнев, на том конце телефонной линии выводивший на липучей желтой бумажке слово «сука», украсил его цветочком и с силой прилепил в самый центр монитора.
Сука и есть.
