Екатерина смотрела на него поверх очков – фирменный прием, знакомый всему издательству.
Потом выровняла перед собой и без того идеальную стопку бумаг, сцепила руки в замок и произнесла сухо:
– Извольте, я объясню. Вы допустили утечку информации, а я обещала, что уволю того, кто ее допустит. Вот и все. Вы уволены.
– Екатерина Петровна, – забормотал начальник, колени задвигались, он кое-как выбрался из кресла и предстал перед ней, прижимая к груди кулаки, – если вы о том, что фото нашего убитого выложили в инет…"
"– Стоп, – перебила Митрофанова, – что вы несете?! Какого такого нашего?! Может, он и ваш, но уж точно не наш! Его в издательстве никогда не видели, и он здесь раньше не был.
И мы об этом заявили милиции! Я публично всех предупредила об увольнении, если фотографии появятся в Интернете. Вам что-то неясно?..
Начальник отдела моргал длинными, как будто накрашенными ресницами, и вид у него был до странности растерянный. Екатерине Петровне даже на секунду стало его жаль.
Ну что с него возьмешь?.
. Нечего с него брать!.. Дурачок просто… как это говорится… попал под раздачу! Екатерина Петровна, как руководитель, отлично знала, что обещания следует держать, а угрозы выполнять неукоснительно. Чтобы все знали: обещали премию – дадут, угрожали уволить – уволят.
По-другому с людьми нельзя. Они по-другому не понимают.
– Екатерина Петровна, это же не я фотографии выложил! Ну, ей-богу, это даже странно!..
– Мне наплевать, кто именно их выложил, – отчеканила она.
– Из-за них поднялся шум, того и гляди энтэвэшники нагрянут со своим расследованием! И я с руководством объясняться не желаю, кто там виноват. Вы отвечаете за программное обеспечение в издательстве. И за Интернет в том числе. Вы допустили утечку, с вас и спрос.
– Не допускал я никакой утечки! – заорал начальник IT-отдела так, что Екатерина Петровна чуть-чуть струхнула. – Да эти фотки, скорее всего, кто-то с домашнего компьютера отправил! Нет ничего проще! Я же не отвечаю за домашние компьютеры!
– Вы отвечаете за программное обеспечение, – повторила Митрофанова, – и больше я ничего знать не желаю.
Начальник отдела замотал головой, и ей показалось, что он сейчас или расплачется, или затопает ногами, как оскорбленный малыш в песочнице.
– Я не занимаюсь фильтрами, вы что, не понимаете?! Как я могу контролировать, что и кто именно выкладывает в Интернет?!
Она поднялась, упершись кулаками в идеально ровную стопку бумаги на столе.
