Вернее, это, конечно, аксессуар не для пса, а украшение рокера или металлиста, я не очень-то разбираюсь в деталях. Прибавьте сюда кольца с черепами, браслет в виде змеи – и поймете: голубые чуни – последнее, что наш дедушка рон-н-ролла на себя нацепит. Лучше он побежит по снегу босиком, чем примерит угги цвета летнего неба. На мой взгляд, это глупо, но Коробка не переделать.
Глаза Лапули подозрительно заблестели, уголки намазанных коралловым блеском губ поползли вниз.
– Лапа, – быстро сказала я, – Димон хочет услышать головокружительную новость.
Лапуля снова заулыбалась:
– Котик, хочешь зайчика?
– Выражайся конкретнее, – велел Коробок.
Лапа растерянно посмотрела на меня, я ободрительно кивнула:
– Ничего, начни еще раз! И говори так, как мы с тобой репетировали. Помнишь слова?
Лапуля обняла Димона:
– Милый, у нас скоро будет малыш! Собственный! Маленький мальчик!
Коробок разинул рот:
– Живой?
Мне захотелось сказать: «Нет! Пластмассовый», – но, к счастью, в эту минуту на сотовый прилетела эсэмэска.
Я пошла в сторону своей спальни, оставив Димона с Лапулей вдвоем. Сообщение было от Приходько. «Книга называется «Рука переворачивает папу». Я прочитала короткую фразу раз пять, потом решила, что шеф тронулся умом. Ну с какой стати мне изучать произведение неизвестного автора, да еще с таким идиотским заголовком: «Рука переворачивает папу»! Интересно, нет ли у него второго тома, на обложке которого написано «Нога пинает маму»? Приходько определенно заработался.
Я вошла в комнату и обомлела. На столе высился трехэтажный игрушечный домик. Комнат двадцать, не меньше, и все они были обставлены крохотной мебелью. В спальнях на кроватях лежали подушечки и одеяльца, в столовой стоял буфет, забитый посудой, и длинный-длинный стол, на кухне обнаружилось невероятное количество утвари, пакеты с крупами, корзинки с овощами, а в холодильнике лежали колбаса, сыр, яблоки, стояли бутылки с кефиром и молоком. На всех окнах висели занавески, на полу разноцветными лоскутками раскинулись паласы, были не забыты даже вазы с цветами.
У меня перевернулось сердце. Вот она, детская мечта Танечки, материализовалась из воздуха и неведомыми путями очутилась в спальне. Если бы я сама решилась купить замок, обставила бы его точно так же.
Ноги предательски затряслись, я опустилась на стул и продолжила изучение домика. Судя по количеству комнат, в нем живет большая семья, но сейчас все ее члены разбежались кто куда.
