— С ней охрана, адвокат и еще группа поддержки из членов комиссии экзамена. Вряд ли ей что-либо угрожает. И вообще, если так волнуешься, почему не присутствовал на суде?
Он промолчал и отвел взгляд, будто бы смущенно. Пауза затянулась, ответа не последовало. Он хмыкнул, встряхнулся и бросил:
— Нет, все равно, пойду встречу их, мне будет так спокойнее... — и поспешил к двери.
— Все равно ведь в гильдию не пустят!.. — сказала я ему в спину.
Когда он открыл дверь, то буквально нос к носу столкнулся с Жильетой, поднимающейся на крыльцо, за ней следовали полуорки, вдвоем несущие внушительных размеров сундук.
— Ох, поздравляю! — Глиренс резко сгреб Жилету в объятья.
И тут произошло одновременно сразу несколько событий.
— Все готово, мойте руки и идите к столу, — позвала, выглянув из столовой, нас Кармелта.
Жильета резко вывернулась из объятий Глиренса и залепила ему такую смачную пощечину, что на лице его остался огромный ярко-красный след, а звук был похож на озвучку в индийском кино, я и не знала, что такое возможно в жизни.
Впрочем, ее лицо тоже пошло ярко-красными пятнами, в эмоциях ее сверкнула непонятная смесь из смущения и злости.
От удивления Бэрас уронил свою часть сундука с наследством, и его содержимое опасно громыхнуло перезвоном металла, стекла и непонятно чего еще. Слава Стихиям, хотя бы дно не выбилось, полуорк поспешил подхватить сундук обратно.
Жильета этого будто и не заметила, резко одернула платье, откинула с лица волосы и проворковала:
— Спасибо, Кармелта, я голодна, как волк, — и с независимым видом поспешила вон из холла.
Глава 73
Полуорки тихонько затащили сундук с наследством в дом, за ними следом зашли усмехающиеся ювелиры с господином Хуфтером во главе, а Глиренс так и стоял посреди холла, будто громом пораженный.
— Кхм, несите сундук в мой кабинет, — наконец, прервала я тишину. — Господа, пройдите пожалуйста в сюда, здесь гостевые ванны, можно помыть руки и освежиться, а затем буду ждать вас за столом, — указала направление.
Когда мы с Укерверсом остались наедине, я посмотрела на него испытующе и скрестила руки на груди:
— Рассказывай.
— Мне кажется, я что-то злоупотребил вашим гостеприимством, госпожа Бороув. Я, пожалуй, пойду... — попытался улизнуть он.
— Сбегать от обиженной девушки — очень мужественно и по-взрослому, — скептически скривилась я.
— Она обижена? Она вам рассказала?..
Мимо прошли полуорки, избавившиеся от своей ноши, что заставило Укерверса замолчать на полуслове.
