Глава 47
«Вот ведь урод», — билось в голове. Значит так ведут себя настоящие лорды? Благороднее некуда — охаивать женщину перед своими друзьями. Будто я ему навязывалась! Будто не он сам...
Гнев бурлил внутри, словно кипящая вода в чайнике.
Убить?
Сжать в тисках его глупое ледяное сердце. А я ведь могла бы его полюбить! А если бы влюбилась? Если бы это была не я, если бы на моем месте была молодая наивная девочка? Козел!
Я сжала пальцы в кулак, и Акрид споткнулся на ровном месте и упал на четвереньки, так как мышцы его ног свело судорогой.
Его друзья удивленно забегали вокруг, пытаясь помочь.
Как он смел играть в симпатию, болтать со мной, смеяться, шутить, улыбаться любезно, одаривать комплементами... и врать-врать-врать все это время?! Подлая двуличная сволочь!"
"Не знаю, каким образом он почувствовал мой яростный взгляд и оглянулся. Глаза цвета сладкого молочного шоколада впервые смотрели на меня с испугом и шоком. Я пошевелила пальцами, и его мышцы рук так же свело судорогой.
Потеряв равновесие, Акрид завалился на бок, чуть подергиваясь. Его друзья суетились вокруг, кто-то побежал к учебному корпусу, наверное, чтобы позвать на помощь. Глаза Акрида смотрели на меня теперь уже умоляюще. Да, сложно колдовать, когда все тело скручивает от боли, когда не слушаются мышцы рук — местные маги слишком часто помогают себе движениями пальцев.
Маги... он не достоин быть магом. Не достоин учиться в этой академии, ходить со мной по одним коридорам. Его должны исключить, сегодня же, немедленно!
Значит он больше не должен быть магом.
Да, посмотрим, как он будет мучиться, когда из надежды своего рода превратится в обычного человека. О, я знаю, с каким пренебрежением маги смотрят на обычных людей. Когда в семье лорда и леди рождается ребенок без магии, это огромное разочарование для семьи. А вот маг — это счастье, это гордость. Вот будет шикарно, когда он превратится в обычного человека, не способного ни на что. Как будут смотреть на него родители — с ужасом и отвращением, как прежние друзья отвернутся от него, лишь скрыв свою брезгливость за маской жалости.
Хищная ухмылка раздвинула мои губы, демонстрируя длинные клыки. Не зря о подобных мне рассказывают в Халифате страшные сказки. Не надо злить русалок.
Я скользнула на иной уровень восприятия, и увидела огоньки внутренних источников окружающих людей. К Акриду уже мчались студенты и преподаватели, пытались что-то сделать, пытались понять, что происходит.
