И потому что там все у нас началось.
– Хорошо, родной, как скажешь, – неожиданно согласилась Марина. – Поцелуй меня, – добавила она почти шепотом, словно кто-то мог ее услышать.
Хохол относился к таким просьбам с трепетом и особым вниманием, осторожно обнял ее и принялся целовать, прижимая к себе и слыша, как стучит ее сердце.
– Котенок... девочка моя... – бормотал он, отрываясь от нее и снова впиваясь губами в ее губы. – Родная моя...
Это уже грозило перерасти в нечто большее, и Марина уперлась рукой в его грудь:
– Ты увлекся.
.. хватит, Женя, ничем хорошим не закончится...
– Да-да, котенок. – Он отпустил ее с некоторым сожалением – в голову пришла мысль заманить ее в спальню и не выпустить оттуда, пока в городе не закончится резня. Но бессмысленность этого плана была очевидна даже самому Хохлу, и потому он подчинился Марининой просьбе.
* * *За руль Женька отправил Данила, сам же сел рядом с Коваль, проигнорировав удивленные взгляды охраны – чтобы Жека ушел с первого сиденья...
– Что уставились? – вызверился Женька.
– По машинам!
– Я не пойму – ты нервничаешь, что ли? – тихо спросила Марина, положив затянутую черной лайковой перчаткой руку на его колено.
– Я?! Я не нервничаю, я в последний раз прошу тебя. – Он порывисто развернул ее к себе и впился взглядом в лицо. – Прошу: останься дома, дай мне возможность сделать все самому! Что ж я – вроде как и не мужик, раз не могу сам разборки навести? Останься дома, Марина!
– Нет.
Хохол, в принципе, и не ожидал другого ответа, но в душе все же таил надежду на чудо.
Чуда не произошло...
Они напряженно молчали до самого въезда в город, до поста ГАИ.
– Не тормознули бы, – пробормотал Хохол, вглядываясь в лица прохаживающихся вдоль разделительного бордюра гаишников. – Под сиденьем – «муха» и в бардачке еще две левых волыны...
– Не соображаешь ничего?! – зашипела Коваль, вцепляясь в его руку. – Кто тебя надоумил?!
– Тихо! – отсек Хохол. – Сама подумай: мы спокойно сбросим левые стволы, и даже не вспомним, где конкретно это сделали!
И это было логично – зачем светить зарегистрированное оружие, бросая его на месте перестрелки, когда легко можно обойтись парочкой нелегальных? Марина взглянула на любовника с неким даже уважением:
– Прости, я не подумала.
..
Но пост ГАИ остался позади, ничего не произошло, и Коваль перевела дыхание.
До дома, где жил Ашот, оставалось совсем немного.
– Значит, так. – Хохол сунул в рот сигарету и подался вперед, выглядывая между сидений.
