– О, ты, конечно, нет, - ответила Гиацинта, - Но есть что-то довольно неприятное в слове в этом слове. Так неприятно соскальзывает с языка, ты не считаешь? Приклеиться. Клей. Клеееее -
– Это у меня, - спросила Элоиза, - или у нее зазвенело в голове, не сошла ли она с ума?
Гиацинта проигнорировала ее, пожав плечами.
– К тому же это похоже на драму. Я чувствую себя в центре какого-то шпионского заговора.
– Шпионаж, - простонала Вайолет, - Господи, помоги нам всем.
Дафна наклонилась вперед с загадочным выражением лица.
– Ладно, должна вас сказать. Он сказал нам -
– Сейчас не время для лишней болтовни, жена, - вставил Саймон.
Она одарила его раздраженным взглядом перед тем, как снова повернуться к своей матери и сестрам.
– Он сказал нам, чтобы мы были уверены в том, чтобы она находилась, как можно подальше от леди Данбери, - сообщила им Дафна.
– Леди Данбери! - воскликнули все в один голос.
Точнее все, кроме Пенелопы, у которой появилась мысль, почему Колин хотел, чтобы она находилась подальше от старой леди.
Он, должно быть, придумал что-то получше, чем ее план убедить леди Данбери солгать, и заявить во всеуслышание, что она и есть леди Уислдаун.
Это все- таки наверно двойной шантаж. Что еще могло быть? Он, должно быть, отыскал какую-то очень ужасную тайну в прошлом Крессиды.
Пенелопа подумала о своем муже с восхищением.
– Я думала, что ты в хороших дружеских отношениях с леди Данбери, - сказала ей Вайолет.
– Так и есть, - сказала Пенелопа, стараясь выглядеть озадаченной.
– Это очень любопытно, - проговорила Гиацинта, задумчиво постучав указательным пальцем по своей щеке, - Действительно, очень любопытно.
– Элоиза, - внезапно вставила Дафна, - Ты что-то очень молчалива сегодня.
– Кроме того момента, когда назвала меня сумасшедшей, - заметила Гиацинта.
– Хм-м? - пробормотала Элоиза, уставясь куда-то в пространство - или возможно на что-то, позади Дафны и Саймона, - словно, ее совсем не интересовал весь этот разговор. - Ох, ну, мне просто нечего сказать.
– Тебе? - недоверчиво спросила Дафна.
– С ней точно, что-то не так, - проговорила Гиацинта.
Пенелопа согласилась с Гиацинтой, но решила держать свое мнение при себе. Это было очень непохоже на Элоизу, ничем не интересоваться, и не высказывать свое мнение, особенно в такую ночь, как эта, когда все вокруг, словно окутано тайной.
– Все что вы сказали, было неплохо, - сказала Элоиза, - Что я еще могла добавить?
Это уж совсем показалось Пенелопе необычно.
