Приступ истерического хохота закончился так же внезапно, как и начался. Мы просто как-то резко и разом замолчали, недоуменно переглядываясь и неловко вставая с земли.
– Очнулись? – фыркнул в нашу сторону лорд Даррелл.
Мы сконфуженно кивнули.
– Тогда принимайтесь за дело! Весельчаки! – он потер грязную скулу и совершенно обыденным тоном, словно ничего впечатляющего не произошло, принялся отдавать команды: – Данила, помоги детям добраться до ворот, они слабы. И найди Данину. И посмотри, что там с остальными.
Ветряна, Ксеня, надо убрать следы пентаграммы. Ни к чему народ пугать утром. Давайте, действуйте!
– А где Арххаррион? – спросила я, встревоженно осматривая двор.
– А вы куда? – одновременно со мной сказала Ксеня.
Лорд вздохнул, затем улыбнулся. Так радостно, как мальчишка при виде сахарного петушка на палочке!
– А я пойду к Источнику. Пробудившемуся Источнику! Я его даже отсюда чувствую… Совершенно невероятная, живая Сила! Потрясающе.
Он развернулся и почти бегом ринулся через двор, лишь бросив мне через плечо:
– Рион пытается найти следы этой хаа чмыр… Селении! Леди, чтоб ее тьма сожрала!
Мы ошарашенно посмотрели ему вслед.
– Вот почему как уборка, так сразу мы крайние?! – возмутилась Ксеня.
Я улыбнулась.
– Ему надо пополнить резерв Силы, иначе он умрет, – произнесла я, и подружка охнула, прижав ладонь к губам. – Просто говорить не захотел.
Ксеня медленно кивнула, глядя вслед ушедшему лорду.
– Убирать так убирать, – бросила она.
Я хмыкнула и пошла в сторону черных борозд, образующих пентакль, дошла до центра звезды. Даже сейчас я ощущала страшную силу, угасшую здесь. Я посмотрела на медленно светлеющее небо. Бледная полоска света уже разлилась у горизонта, и Красная луна таяла, бледнела.
Волной нахлынули воспоминания. Маленький домик с соломенной крышей, звонкие клены и дикая роза у ограды… Арххаррион прав, моя Сила зависит от эмоций. И я позволила этой грусти войти в меня, разлиться по моему нутру.
Ветер закружил вокруг меня верным псом, разметал волосы, вздернул юбку. Я улыбнулась ему. А он расшалился: раскидал комья земли, словно глупый щенок, сдернул лежалый снег, откуда-то из леса нанес и накидал сухих иголок, прошлогодних листьев. И где нашел только, негодник?
Снег закружил вихрем, плотным покрывалом ложась на истерзанную землю, на каменную ограду, на пригорюнившийся Риверстейн.
