То есть я бы даже сказал, совсем не душу!
– А что же? – округлила я глаза.
Лорд с отчаянием на меня посмотрел и сдался.
– Э-э… Я тебе потом расскажу. В другой раз!
Я насупилась. Так бы сразу и сказал, что не знает! Мужчина же решительно двинулся к дверям.
– Лорд Даррелл, а вы зачем приходили?
– Потом, – махнул он рукой, – кажется, у меня появился разговор к этому… моон гха… арею Аристарху! – и скрылся в коридоре. Я пожала плечами и отправилась спать.
* * *Улечься-то я улеглась, но сон не шел. Вот уж странность: утром спать хочется неимоверно, сон окутывает туманным одеялом, склеивает веки, обездвиживает тело, и вырываться из его сладких объятий приходится с боем, а сейчас он сторонился меня, как лиходей обережников, обходил десятой дорогой.
И чувство, которое всколыхнул во мне сегодня лорд Даррелл своим взглядом, – что это? Это сродни страху, но не страх. Ожидание? Но чего? Похожее чувство я испытываю, когда вижу Арххарриона. Или думаю о нем. Но все же ощущения разные: словно с разными оттенками и цветами, которые я не могу различить, как слепая.
Я вздохнула и перевернулась на бок.
Интересно, если я захочу его увидеть, демон почувствует? И придет ли? Он приходит когда захочет и уходит, не прощаясь. Нет, не когда захочет. Лишь тогда, когда он нужен или когда мне угрожает опасность. Мне или Аргарду? Лорд Даррелл прав, я всего лишь человеческая девчонка, которая по дурости инициировала древний артефакт Хаоса.
Значит, если они найдут способ снять его с меня, все закончится? Мы никогда больше не увидимся?
Я села на кровати, кусая губы и ругая себя.
Что за странные мысли лезут в мою глупую голову? Первый раз я задумалась о том, что будет со мной дальше. Хотя о чем печалиться – может, я и не выживу.
Я хмыкнула, сама поражаясь нелогичности своих мыслей. И вглядываясь в лежащие на полу тени. Как удивительно, что каждая из них для него дверь.
Я не заметила, как уснула. И мне снилось, что Арххаррион вышел из тьмы, присел на край моей кровати, осторожно отвел с лица прядь волос.
Смуглые пальцы тронули мою кожу, прочертив теплую дорожку по щеке, коснувшись губ. Темные глаза словно бездна, пропасть… Почему он так смотрит на меня? Горячо, даже жадно. Так, словно не может насмотреться, словно пытается впитать в себя мой образ. Мои ресницы дрожат, я хочу проснуться, но он не позволяет. И я проваливаюсь еще глубже в сон, ведь это только сон…
* * *Утром я снова стояла на поляне у замерзшего озера, зябко поеживаясь.
