На мужскую половину тебя не пустят.
— А тебе, значит, можно.
— Мне можно, — смеялась сваха. — А вот на свадьбу тебя взять могу. Пойдешь?
— Пойду! — не задумываясь, ответила Ася. Ей была интересна эта чужая жизнь.
Алексей целыми днями пропадал на своей службе, а она тоже не привыкла сидеть без дела. Работать в узбекской школе он ей не разрешил, вспоминая тот памятный случай на Украине. Когда просилась помогать ему в части, он только отмахивался. «Переживай за тебя», — говорил.
Ася научилась ловко печь лепешки в тандыре — кидаешь такой плоский блин, он лепится на круглую стенку, а затем достаешь специальным длинным крючком.
И плов настоящий узбекский готовить научилась не хуже Зульфии. И кумган с водой наловчилась носить на голове, за что муж называл ее узбечкой.
Но отчего-то о том, что собирается пойти на свадьбу в дом Арсланбека, Ася не торопилась говорить Алексею. А может статься, она и не пойдет. Возможно, Зульфия это так, пошутила? В конце концов, если Алексей будет в этот день дома, то она не пойдет.
Они так любят гулять вдвоем по пыльным улицам Бухары, зайти на гранатовый базар, набрать тугих бордовых гранатов, дойти до улицы Мири Абад и медресе, а может, и добраться до рощи тутовника, набрать домой длинных, немного похожих на малину розовых или белых ягод. А если он опять будет в походе, то она, возможно, и сходит на эту свадьбу… Там видно будет.
Вознесенский не появлялся дома целую неделю, а в пятницу, когда Ася уже устала от ожидания, явился молоденький красноармеец Федулов и сообщил, чтобы ближайшие два дня товарища комиссара дома не ждали, что у него важная операция, и вот, получите продуктовый паек.
Федулов передал Асе сверток, а сам все хмурился и посматривал куда-то за ее спину. Ася оглянулась — на площадке старой чинары маячила Маруся. Обняв одну из веток, этакой полуузбекской русалкой она лежала в ветвях и пялилась на красноармейца. Брови ее, сведенные на переносице несмываемой усьмой, нелепо выделялись на фоне белой косынки.
«Вот чудо!» — сокрушалась про себя Ася. Когда уходила в дом, чтобы собрать мужу смену белья, услышала смех в ветвях чинары. Оглянулась — красноармеец помогал девочке спуститься вниз.
— А вы сегодня на лошади, товарищ Федулов, или на ослике?"
"— Когда это вы, Маруся, видели меня на ослике?.. Я всегда только на лошади. А сегодня пешком.
— Вы зря пешком. Вам на лошади больше к лицу.
— Хотите, Маруся, я вас на своей лошади как-нибудь покатаю?
— Хочу.
