— Ведь ты же знала… Ведь когда мы вместе гуляли, он мне… он со мной…
— Я не хотела!
— Ты не хотела? Ты даже не предупредила меня, что у вас какие-то отношения! — взвизгнула Эмили. — Ты ни разу не обмолвилась, что он нравится тебе! Все это время я открывалась тебе как лучшей подруге! Все свои чувства, а ты! У меня за спиной!
Эмили была близка к истерике. Ася не могла на нее смотреть. Эмили кричала, и крик ее был визгливым, на одной ноте. Он звучал, пока фрау Марта не влепила дочери пощечину.
— Веди себя прилично! — отчеканила мать.
Эмили в рыданиях опустилась на табурет. Ася кинулась за водой, но фрау Марта остановила ее:
— Августина. В этом доме ты видела только добро. Вместе с нашими детьми ты училась в гимназии. Ты донашивала платья за Анной, но и Эмили делала то же, не так ли?
— Я все помню, фрау Марта! — горячо отозвалась Ася. — Я очень благодарна вам, и я…
— Мы всегда старались относиться к тебе, как к дочери. И что же? Ты обманула нас!
— Нет, нет! — Теперь уже Ася была близка к слезам. — Я не хотела! Я отказала ему еще вчера, я…
— Ты виделась с ним вчера?! — взвизгнула Эмили.
— Ты была у Вознесенских и виделась с ним! А мне ничего не сказала! Обманщица! Двуличная!
— Как я могла сказать? Что бы я сказала?
Ася слабо отбивалась, понимая, что любые оправдания не пойдут ей на пользу.
— Кажется, я начинаю понимать. Эмили, уймись! Итак, Августина, ты вчера была у подруги. Ведь она знала о намечающемся сватовстве Юдаева? Знала?
— Да.
— Конечно, она рассказала брату. Тот, как человек благородный, не мог не откликнуться.
Ведь он вчера сделал тебе предложение?
— Да, вчера вечером.
— И ты ответила отказом.
— Да.
Металл из голоса фрау Марты понемногу исчезал.
— Что ж. Ты, кажется, хотела устроиться на службу?
— Да, я хотела бы работать.
— Отлично. Думаю, я смогу тебе в этом помочь. А сейчас… Ты сама поговоришь с гостями или… мне сделать это за тебя, дитя?
— Я была бы вам очень признательна, фрау Марта. Мне не хочется выходить.
Фрау Марта прошествовала в коридор, неторопливо поднялась наверх.
Эмили продолжала рыдать, сотрясаясь всем телом. Ася смотрела на нее и понимала, что не может теперь все остаться по-прежнему. Все изменилось. В любом случае ей придется уйти из этого дома.
На другой день фрау Марта с утра уехала куда-то на бричке и вернулась только к вечеру. Эмили не выходила из своей комнаты. В доме стало тяжело находиться. Только верный старый Север по-прежнему ластился к Асе и сочувственно взирал на нее подслеповатыми глазами.
