Которая приехала прямо перед моей свадьбой. И с которой я почувствовал все. Ощутил, как восстал весь мой репродуктивный функционал.
Почему я дал ей уехать? Почему не остановил?
Потому что должен был жениться на женщине, которая ждет от меня ребенка. Которую раньше любил. И она не виновата в том, что я потерял память.
Но одно я знаю совершенно точно. Когда Каро развернулась и пошла прочь от нашего дома, я почувствовал как вместе с ней из меня уходит жизнь.
Глава 20
Карина— Их там двое, тетя Катерина? — спрашиваю, затаив дыхание.
Я лежу на кушетке, у меня в руке телефон с включенной громкой связью. На том конце сети тетя Коллидора и добрая половина поселка. Второй половине просто не слышно, им новости передают по цепочке.
Мама сидит на стуле рядом с кушеткой, папу выставили за ширму, но он оттуда все слышит. И мне тоже слышно, как он сопит за шторкой.
Тетя Катерина папина троюродная сестра, она врач-узист, и сегодня я пришла на плановое УЗИ, чтобы увидеть своих ангелочков.
— Двое, двое. Вот, сама смотри, — тетя Катерина поворачивает ко мне монитор, и я вижу два пятнышка с черными пульсирующими точками. Пятнышки шевелятся, все время двигаются и толкаются.
— Это их сердечки? — спрашиваю почему-то шепотом, показывая на точки. Наверное, чтобы не испугать своих детей.
— Да, уже прослеживается сердцебиение. Все хорошо с твоими детками, Каро. Сейчас все замеряем и запишем показатели.
— Катерина, а уже видно, кто там? — спрашивает мама.
Мне тоже интересно послушать, кто у меня там, но внезапно мое внимание привлекает подозрительная активность на экране.
Мои пятнышки начинают беспокойно двигаться, и между ними проталкивается пятнышко поменьше. Теперь передо мной три пятнышка, они не перестают шевелиться и толкаться.
Наблюдаю за ними как зачарованная.
— Тетя, — шепчу, сглатывая, — посмотрите туда. Это… Это то, что я думаю?
Катерина, увлекшаяся разговором с мамой, оборачивается и потрясенно всплескивает руками.
— Матерь Божья! Надежда, Николаос! Вы только посмотрите!
— Что там? — папа высовывает голову из-за шторки, мама начинает плакать. И я вместе с ней. Папа испуганно вскидывается. — Да чего вы ревете обе? Что-то с детьми?
— Коля, их там не два, а три, — плачет мама и обнимает меня, ревущую в три ручья.
— Боже, сразу три внука! Какое счастье! Чего же вы плачете, дурехи! Катерина, а тебе видно, кто?
— Мальчики, — уверенно отвечает тетя, — точно, парни.
