Я прожил с Софьей больше десяти лет, но впервые шел не впереди нее, и даже не рядом, а отставал на несколько шагов, так, чтобы увидеть мир ее глазами. И мир этот был восхитительно прекрасным, потому моя жена умела находить во всем свое волшебство.
Соня держала свое слово. Не меняла номер и не пряталась.
Я держал свое: наблюдал за нею издали, не смея тревожить. Не звонил. Не писал. Ждал.
Наш контакт состоялся однажды, когда я перевел на ее счет деньги. Половину рыночной стоимости нашей фирмы. Я ждал, что она вернет их обратно.
Я ждал, что позвонит первой и скажет что-то колкое и язвительное. Но я не был готов к тишине, последовавшей за этим.
Соня не сделала ничего, ничего не написала, не дала знать, согласна ли с полученной суммой. Только на следующий день выложила новую фотографию - ювелирный салон с паллетами цепочек и браслетов. Соня любила золото и после каждого успешного дела я дарил ей что-то на память. Видимо, она продолжила свою традицию, только на этот раз купила украшение сама."
"Хватит, моя девочка.
Ты справилась, а я нет. Ты доказала, что можешь жить без меня, я понял, что существовать так больше невыносимо. И теперь можно нарушить свое слово.
Я позвонил ей из машины, мчась по трассе М-6.
Она ответила сразу, после второго гудка, но еще долго молчала в трубку, пока я не сказал:
- Я не могу без тебя.
- Это не мои проблемы.
Я сглотнул. Впервые за несколько месяцев я слышал ее голос, глухой и хриплый, будто все время, пока мы не говорили друг с другом, мы не говорили вовсе.
И эти слова первое, что сказала Соня за три месяца разлуки.
- Сонь… - ладони вспотели и скользили по рулю, - я правда не могу. Можешь меня не прощать, можешь ненавидеть, но умоляю, делай это где-то рядом со мной, а не в гребанном Армавире!
- Как узнал, - шепчет моя жена.
Где-то на том конце телефона гомонят люди. Я напрягаю слух, чтобы не упустить ни единого слова, и злюсь от этих криков, звяканья посуды, музыки. Они мешают, они все мешают услышать самое важное! Тон, которым со мной говорит жена.
Он был не отстраненным и холодным как раньше, впервые в нем сквозило… сожаление?
- Это было не сложно. Я ведь уже приезжал к вам, помнишь? Живешь в квартире дедушки?
- Пока да, - уклончиво ответила Соня.
- Хорошо. Тебе хватит вечера, чтобы собрать вещи? Я буду у тебя часов через шесть, максимум семь.
Черт, я еле слышу, что она сказала в ответ. Там кричат, тут сигналят и идут на обгон, потому что с этим звонком я перестал следить за дорогой.
