- Вышло? Что вышло, Люба? То, что ты улучила момент и затащила на себя моего пьяного мужа? То, что вы оба были настолько увлечены прелюдией, забыв про гондоны или возможность не спускать весь детородный потенциал Титова внутрь. Экстренную контрацепцию? Подмыться могла, в конце концов! - Голос наполнился гневом, нервом и истерикой. То, что я не успела высказать Максу, теперь могла вывалить на его любовницу.
- Мне жаль.
- Заткнись, Люб. Ненавижу когда мне лгут в лицо.
- Но мне правда жаль.
- Да пошла ты!
Я сделала шаг к двери и громко стукнула по ней кулаком.
Развернулась лицом к панели с кнопками и снова попыталась вызвать диспетчера, но больше мне никто не отвечал.
- Софья Николаевна, не надо, нас скоро выпустят и…
Дальше я ничего не слышала, кроме сливающегося в один монотонный звук шума. Перед глазами заплясали белые пятна. Я приложила лоб к холодной металлической поверхности стены, но даже её прохлада не унимала волны бесконтрольной паники и тревоги.
Как и когда меня отсюда выпустят? Я ударила по закрытым створкам еще раз.
И еще. Не знаю сколько это длилось и когда меня начали покидать физические силы. Последнее, что помнила, это раскрывающиеся двери и панику в глазах Титова, который протянул руки мне навстречу.
А потом была темнота.
Глава 6
Всегда относилась к обмороку как к чему-то ужасному. Сейчас же поняла, что потеря сознания иногда является спасением, забирает все страхи, всю боль, оставляя только одно желание - не приходить в себя как можно дольше.
Там хорошо. Там нет проблем и забот. Нет коммунальных счетов, утренней тошноты, внезапно кажущихся такими неудобными шпилек, бывших мужей и их беременных любовниц. Только темнота и абсолютная тишина.
Но прямо сейчас кто-то настойчиво пытается выдернуть меня из этого вакуума.
- Соня! Сонечка, родная, очнись!
Я слышала голос очень четко, прямо над ухом. Чувствовала как холодный липкий пот каплями стекает по вискам и спине. И как болит живот.
Открывать глаза было страшно.
Яркий свет резанул по всем нервам одновременно, поэтому моя первая попытка показать бывшему мужу, что я его слышу и уже в сознании провалилась.
Тогда-то я и поняла, что он поднял меня на руки и куда-то несет. От этой непроизвольной тряски моя голова болталась как у его смешного клоуна-болванчика на торпеде автомобиля. Руки, которые наконец-то снова стали меня слушаться, инстинктивно обхватили Макса за плечи, пальцы вцепились в пиджак.
