Некоторых из них он включал в свое воинство, другие, поумнев, уходили в легальный бизнес или съезжали из города совсем.
Сергею Тарасову в его положении не хватало лишь признания среди законных, которые всегда относились настороженно ко всем проявлениям неуправляемого бандитизма.
Уже пошел четвертый день пребывания Варяга в Санкт-Петербурге, но за стол переговоров со Стреляным садиться он не спешил. Законные как бы проводили тест на многотерпение Стреляного – они недоуменно улыбались, когда кто-либо из приближенных питерского главаря выражал недовольство оттяжкой переговоров за «круглым столом».
Со стороны эта история выглядела так, будто Варяг со товарищи приехал в Санкт-Петербург совсем по другим делам. Каждый день американский бизнесмен Игнатов Вячеслав Геннадьевич встречался с разными питерскими бизнесменами, банкирами, чиновниками. Пару раз побывал в Смольном и лично встретился с руководителями города по взаимно интересующим стороны вопросам. Вечерами он вел светский образ жизни: посетил Мариинский театр, был приглашен на фуршет по случаю юбилея знаменитого артиста, ужинал в ресторане «Астория» с двумя академиками, постоянно куда-то звонил, вел какие-то записи, раздавал поручения через двух сопровождающих его секретарей, которые прибыли вслед за ним из Сан-Франциско и жили в соседней гостинице.
Вообще, в поведении Варяга не было даже намека на то, что его хоть как-то интересует сам Стреляный.
Ангел с Трубачом также мотались по Питеру, занимаясь своими проблемами. А один день целиком провели в Зимнем дворце, осматривая достопримечательности.
Стреляный недоумевал. И с каждым днем все больше и больше раздражался поведением гостей. Что-то задумала эта троица, что-то здесь не так! Но что именно? У Стреляного чесались руки, ему хотелось разрядить обойму в смотрящего России, но данное слово и смутное ощущение непредсказуемости последствий не позволяли воплотить в жизнь свои фантазии.
Однако равнодушие Варяга и его спутников было таковым лишь для постороннего глаза.
На самом деле все это время Сивый, прилетевший из США, по заданию Варяга через своих людей терпеливо, по крупицам собирал о Сергее Тарасове и о других питерских авторитетах подробнейшую информацию. Варяг понимал, что в предстоящем разговоре всякий факт может стать крупным козырем. Со дня приезда его не покидала уверенность в том, что разговор будет не из простых, поскольку власть, доставшуюся не очень умному человеку, всегда отнять довольно сложно.
