Как и сказала Хелен, Ричард нашёл Тони в столярной мастерской, тот копался в своих инструментах, что-то насвистывая себе под нос.
- Ну, ты и вымахал, сынок, - ухмыльнулся он и пожал протянутую руку.
- Я просто много ем. Держи. – Ричард вручил ему бутылку виски. – Шотландский. Прямо оттуда, из тех краёв.
- Ох, и балуешь же ты меня. – Щурясь, отчим с улыбкой принялся разглядывать этикетку. – Так, это я в дом не понесу, - довольно сказал он и упрятал бутылку в свой потайной ящичек. Ричард тем временем огляделся в знакомом помещении.
За столько лет здесь ничего не изменилось. Запах древесины, масла и лака приятно щекотал ноздри. Пол усыпан кудрявой стружкой. Всё стояло на тех же местах, как и прежде. Даже стеллажи и ящики, в которых Тони хранил свои инструменты, не потемнели. Вероятно, он, как обычно, обрабатывал их специальным маслом.
- А, может, по чуть-чуть? – спросил Тони, подмигнув.
- А, давай, - кивнул Рич и уселся в плетёное кресло в углу мастерской. – А то что-то напряг какой-то…
- Вот и славненько, - Тони потёр ладони и достал уже початую бутылку виски, а не ту, что подарил ему Рич.
- А что, тебя уже чем-то озадачили?
На столике в мгновения ока появились стаканы. И Рич даже не успел заметить, откуда Тони так проворно их выудил.
- Нет, не озадачили. Просто.
Они выпили по «чуть-чуть», как настаивал Тони и ещё по «чуть-чуть», как предложил Рич. А потом, совершенно удовлетворённые, направились на террасу, где планировался ужин.
- Явились, - с укором в голосе строго сказала мать.
– Тони, у тебя ни стыда, ни совести. Уже давно пора жарить мясо.
- Вот только не надо причитать из-за увядшей зелени. Пятнадцать минут и всё готово. А для мяса только лучше. Ричард, кстати, мама сообщила тебе, что у нас в меню сегодня только мясо?
- Ещё нет, но лучше и не придумаешь, - Рич плюхнулся на стул и вытянул ноги.
Мать с улыбкой посмотрела на сына. Он с умиротворённым видом прикрыл глаза и сложил руки на животе.
Солнце клонилось к горизонту. Воздух был нагретый и чуть влажный.
Сочная зелень политой лужайки парила. Цветы, распускающиеся к вечеру, уже начали благоухать дивными ароматами. Рядом суетилась мать. Энджел взялась за приготовление салата. Громко лаял соседский пудель. Но даже это не мешало погрузиться в приятное состояние дремоты и расслабленности. Ричард внутренне отслеживал окружающие звуки, которые отдавались в голове всё слабее.
- Ну, всё, дорогие, садимся, - объявила мама и похлопала в ладоши, вырывая его из тёплой нирваны.
