Зачем ты снова всё усложняешь? Неужели так трудно поговорить со мной? Я не умею слушать? Грублю тебе?
- Перестань, - мягко сказала она, сглаживая не очень приятную ситуацию. - Сейчас ты наговариваешь.
- Неужели ты думала, что я не догадаюсь? Глупая.
- Когда ты узнал? – Она обняла его за шею, прячась от него самого.
- Не скажу.
- Когда? Как? – страстно желала узнать, несмотря на отказ.
- Тебя укачивает в машине, - со вздохом начал он. - По ночам ты слоняешься от бессонницы. Ненавидишь луковый суп, который раньше любила.
И на лице у тебя всегда мечтательная улыбка. Ты забыла, что у меня маленькая племянница, я знаком со всеми самыми красочными проявлениями твоего состояния.
- У меня на языке крутится самый глупый вопрос, который только можно задать в этой ситуации. – У неё на лице и сейчас была та самая мечтательная улыбка, о которой он говорил. - Гарантирую, я не одна такая…
- Не спрашивай. Поверь, это событие я давно занёс в свою «книжечку». И всё остальное, по сравнению с этим, меркнет.
Надо же… Моя Птичка беременна...
Его тихие вкрадчивые слова и крепкое кольцо рук производили больший эффект, нежели, если бы он закружил её, пафосными восклицаниями знаменуя свой восторг. Тихо, крепко, уверенно, - так, что душа замирала.
- Скоро можно будет узнать пол малыша.
- Может, оставим сюрпризом?
- Нет, ни за что! Мне снился мальчик.
- Значит – будет мальчик.
- Или девочка.
- Или мальчик и девочка, - улыбнулся.
- Ох…
- Я же сказал тебе, что не отпущу тебя. Ещё той ночью сказал.
Откуда столько упрямства?
- А как же: любовь не инстинкт?
- Я и не говорил, что влюбился в тебя в тот первый раз.
- А когда?
- Не скажу.
- Когда? Скажи.
Разговор давно уже сошёл на шёпот.
- Нет, не скажу. И не спрашивай.
- Почему?
- Я оставлю это для себя. Для тебя же – всё остальное. Вся моя жизнь… Не могу сказать «до гроба», может, как-нибудь деликатнее…
- Как?..
- …до последнего вздоха.
Эпилог
Она заглянула в приёмную и негромко сказала:
- Привет. – И тут же приложила палец к губам.
- День добрый, - тихо получила в ответ.
- А он добрый? – адресовав ответную улыбку секретарше, спросила Энджел и посмотрела на закрытую дверь, осторожно ступая, чтобы не издать стука каблуков.
- Вполне, - ответила она и, поймав направленный на дверь взгляд, не дожидаясь вопроса, кивнула: - У себя.
- Занят?
- Нет, один.
- Это очень хорошо. – Энджел шагнула в сторону двери.
- Что-нибудь нужно? Кофе, чай?
- Нет, благодарю. Думаю, обойдёмся.
