Не просто дрожит, а трясется, вибрируя всем телом, сильно сжимает мою шею, пытаясь успокоиться, но у нее ничего не выходит. Маски сброшены, все ее страхи обнажены и она пришла ко мне в надежде, что я ей помогу. Если бы я только знал, как!
Заношу Виту в квартиру и только сейчас замечаю, что она босая, а под длинной кофтой тонкая полупрозрачная комбинация. Кажется, Виталина просто встала с кровати, накинула кофту и выбежала из квартиры, забыв надеть обувь.
Хочу пересадить ее на диван, снять кофту, принести ей плед, сделать горячего чая, согреть и успокоить, но она цепляется в меня мертвой хваткой, не позволяя себя отпустить.
И я сажусь вместе с ней на диван, крепко прижимаю ее к себе, покачивая как маленького ребенка в полумраке гостиной, освещенной только светом из прихожей. Глажу растрепанные волосы, полной грудью вдыхаю ее неповторимый запах, целую висок, чувствуя, как она отпускает мою шею и начинает хаотично поглаживать мои плечи руки, глубоко вдыхая и выдыхая мне в шею.
— Маленькая моя, красивая девочка.
Котенок. Все хорошо. Я здесь, я рядом, — шепчу ей в волосы. А сам понимаю, насколько мне важно забрать все ее страхи и понять, что с ней происходит. Все это не просто так. Она для меня не очередная любовница, а уже нечто большее.
— Мне было так страшно без тебя, — вдруг произносит она, поднимает голову, и смотрит уже не таким испуганным взглядом. Вскидывает руку, поглаживает холодными пальчиками мое лицо.
— Что случилось? Расскажи мне, поговори со мной, — прошу я, а сам замираю в ожидании ответов, которые мне необходимо знать.
— Мне приснился страшный сон. Очень страшный, ужасный сон, — отрешенно говорит она, продолжая водить пальчиками по моему лицу.
— Расскажи мне, что тебе снилось, — задаю вопрос и по ее напряжению понимаю, что не получу ответа.
— Нет. Пожалуйста, не надо меня расспрашивать. Я не скажу. Прекрати эти допросы и наводящие вопросы. Я лгу тебе. Я всегда лгу или ухожу от ответа, — честно отвечает она, прислоняется лбом к моему лбу.
— А я не хочу лгать. Ты знаешь, я ненормальная. Настолько сумасшедшая, что сама себя порой боюсь, — она начинает медленно раскачиваться вместе со мной. — Но рядом с тобой я могу хоть немного дышать и жить нормальной жизнью. Я не хочу. Не хочу. Не хочу, не хочу, — повторяет она и действительно меня пугает. Обхватываю ее лицо, заставляя остановиться.
— Чего ты не хочешь? — спрашиваю ее, а она зажмуривает глаза, и мотает головой.
— Я не хочу этого чувствовать.
