Вернулся я в воскресение ночью, смертельно уставший, вымотанный физически и морально. Принял душ, выпил бокал коньяка, чтобы немного расслабиться и выкинуть из головы все рабочие проблемы. Совершил пару срочных звонков, и уже собирался лечь спать, как на мой телефон поступил звонок от Виталины. Она знала, что я прилетаю ночью, но я решил не беспокоить ее в столь поздний час. Хотя очень хотелось. Моя кошечка могла бы снять мою усталость и напряжение гораздо лучше, чем коньяк.
— Алло, ты в городе? — мне не нравится ее тихий дрожащий голос.
— Да, Виталина, я прилетел. Что-то случилось? — настороженно спрашиваю я.
— Можно я к тебе приеду? — еще тише, срывающимся голосом спрашивает она.
— Ты где? Дома? Я заберу тебя, — срываюсь в гардероб, надеваю первые попавшиеся брюки, хватаю рубашку, пока Виталина пугающе долго молчит, тяжело, прерывисто дышит в трубку. Твою мать! Мне все это не нравится.
— Нет, не надо, я уже в машине и еду к тебе, — сдавленно, будто задыхаясь, сообщает она."
"— Вита, Котенок, остановись, скажи мне, где ты и я приеду! — бегу в коридор хватаю ключи, но останавливаюсь, потому что Вита сбрасывает звонок.
Я бы мог поехать ей навстречу, если бы знал по какой дороге она едет. Я спустился вниз и нарезал долбанные круги возле въезда в подземный гараж. Я боялся, что если поеду за ней, то мы разъедемся по разным путям, и она не застанет меня дома. Впервые за пятнадцать лет захотелось курить. Затянуться густым едким дымом, впуская в себя отравляющий никотин, потому что нервы ни хрена не выдерживали.
И вот она здесь, ее спортивная машина на полной скорости заезжает в подземный гараж минуя меня и резко тормозя где-то в глубине. Бегу назад, к машине. Открываю дверь с водительской стороны, и вижу мою Кошечку, которая опять стала маленьким дрожащим запуганным котенком. Она вся дрожит, кутаясь в большую длинную кофту. Тяжело дышит, закрывая лицо руками, будто пытается прийти в себя или отгородиться от чего-то пугающего.
— Виталина, — зову ее тихо, осторожно, в первые секунды не понимая, как мне действовать.
Она отнимает руки от лица, вскидывает голову и смотрит на меня огромными глазами, наполненными отчаянием и страхом. Сейчас она не роковая красотка, какой была еще пару дней назад, она вновь маленькая, хрупкая, запуганная девочка. Срываюсь, подхватываю ее на руки, ногой захлопывая дверь машины, и несу мою маленькую девочку к лифту. Она обвивает мою шею руками, утыкается в плечо, и бесконтрольно дрожит.
