Многоквартирная высотка в одном из самых престижных кварталов Киева. Степан как-то вечером прикинул расценки стоимости жилья в столице и понял, что шесть квадратных метров туалетной комнаты в Вареной квартире стоят дороже, чем его двухкомнатная квартира в Крыму. А чтобы целиком купить Варину квартиру, пришлось бы продать целый подъезд из пятнадцати квартир в хрущевке — пятиэтажке.
Конечно иметь подругу, которая не стеснена материально очень удобно, но, что-то с каждым днем Варя «напрягал» Степана все больше и больше.
Похоже, девушка по уши втрескалась в него и явно хочет подвести их совместный быт к логическому «окольцованному» итогу. А вот этого Удаву хотелось меньше всего, он ведь понимал, что по большому счету у них с Варей общего только Майдан и когда эта революция закончиться, то та социальная пропасть, которая их разделяет, покажет свою хищную пасть. Ну, не могут быть вместе представительница «золотой молодежи» из высшего столичного света и мелкий барыга — предприниматель из крымского Передрыщинска.
Не могут! Это пока на улицах Киева «кипит» революционный котел и молоденькие глупые девушки с восторгом глядят на заросших щетиной суровых «революционеров», еще можно как-то сосуществовать, но как только жизнь вернется в привычное русло, так сразу же свинорылому пролетариату укажут на его место в стойле. Не бывать такому, чтобы Лебедь водил дружбу со Свиньей! Хотя?! Время сейчас такое, что можно легко попасть «в струю»….и чем черт не шутит, уже через пару тройку месяцев оказаться министром чего-то там….
к примеру, министром по делам спорта и молодежи! История знала и куда более крутые взлеты!
Морозный воздух бодрил и прогонял прочь усталость и сонливость. Ночью Степан практически не спал — соседство с молодой обладательницей прекрасной фигуры никак не давало уснуть ночью. Левченко даже в юности не мог похвастать таким количеством «подходов» за ночь. Как будто ему в еду чего-то там подмешивают такого, что он превратился в полового гиганта.
— Эй, приятель прикурить не найдется? — раздался совсем рядом хрипловатый мужской голос.
Левченко повернул голову и посмотрел на приближающегося встречным курсом мужика лет пятидесяти. Классический «барбудос» с Майдана: шапка-ушанка, комуфлированый армейский бушлат, толстые ватные штаны, заправленные в ботинки на высокой подошве. Шапка была надвинута на самые брови, а ворот бушлата наоборот поднят, из-за чего лица прохожего, практически не было видно. В пальцах мужик мял сигарету.
