– Хорошо, Максим Эдуардович, но вы скажете мне…
– Вика, я вроде понятно все сказал? – прерываю ее, и она разворачивается на каблуках, что-то там ворчит тихо себе под нос и уходит из кабинета."
"Сердито комкаю бумагу в руке, сжимая кулак, но тут же встряхиваюсь словно пес и распрямляю лист. Так, кто тут у нас: Абрамова Варвара Алексеевна. Проживает Октябрьское поле, дом 36… Ничего себе прописка московская и что же эта девочка делала в клубе у шеста? Хотя сейчас черт их поймешь, кто есть кто. Или прописка липовая.
Как же я ее найду, если она там не живет. Варвара, надо же имя какое и дочь назвала себе под стать, Василиса, Васька.
Перебираю машинально имя дочери на слух, склоняя по-всякому, а что, мне нравится. И ничего оно не кошачье. Василиса Максимовна… Интересно звучит. Так, о чем я думаю вообще? Какая к черту дочь?
На столе взрывается рингтоном телефон, отец.
– Максим, ты еще на месте? – сердито спрашивает он.
– Да.
– Я тебе сказал, куда ехать?
– Куда?
– К Высотину! Ты сегодня вообще слышал, что на собрании было или так, присутствовал для отвода глаз.
– Да слышал я все, – ворчу, накидывая снова пиджак, который снял, пока по кабинету ходил, – Сейчас поеду.
– Давай, вправь там ему мозги. Вроде не дурак, а как отца не стало, опять с катушек съехал.
– Да, Вадим нормальный, что ты начинаешь? Не перебесился просто еще, – выхожу из кабинета, кивая Вике, прикрываю трубку ладонью, – Я уехал по делам, машину мне вызови. Сегодня уже не вернусь, – секретарь кивает, а я выхожу в коридор, слушая отца:
– Вадима нужно приструнить, ему доучиться надо.
Поговори с ним по-мужски, вы всегда нормально общались. Потом нашему адвокату позвони, пусть с этой девицей поговорит, что заявление написала. Явно там история ничего не стоит, но нужно быстро все замять. Тендеры на носу.
– Понял, уже выезжаю, – спускаюсь с крыльца и сажусь в машину, что уже подъехала.
– И это, Максим, чтобы с этого дня и до окончания рассмотрения наших заявок никаких скандалов, никаких клубов, сидите тихо и мирно, понял? – сурово отчитывает отец.
– Да понял я все, мне можешь не говорить, не мальчик уже, – говорю, а сам вспоминаю незнакомку с ребенком на руках. Вот же принесла ее нечистая именно сейчас.
Глава 4
Вылетаю из этого ужасного здания, еле сдерживая слезы. Хорошо, что Васька еще слишком маленькая и спокойно спит себе, даже не зная, как с нами обошелся ее родной отец. А в принципе ничего такого и не случилось.
