— Рад приветствовать, господин инженер. Фрейлейн, — и он слегка поклонился.
Мура спряталась в тень за Василия Васильевича.
— Нет и не будет никаких готовых ответов, — продолжал Бессель. — Хотя всем хочется их получить, желательно разом! Но уверяю вас, это невозможно.
— Я говорю то же самое, — подхватил Меркурьев. — Скажите ей! Не помогут спиритические сеансы!..
Бессель пожал плечами.
— Видите ли, в чём дело. Чтобы получить ответ, нужно задать вопрос. Чтобы получить правильный ответ, нужно задать вопрос тому, кто его знает.
Я не знаю ответов на ваши вопросы, и меня бессмысленно спрашивать! Но допускаю, что есть тот, кто знает, и его можно спросить.
— Опять рассуждения ни о чём, — вздохнул Меркурьев.
— Кто может знать? — из тени спросила Мура. — Кому может быть известно имя похитителя камня?
— Тому, кто за ним наблюдает, — ответил Бессель. — Кто его охраняет.
— Что-то неважно его охраняют, — Василий Васильевич хмыкнул. — Взяли и спёрли.
— Подумайте, фрейлейн, — посоветовал Бессель.
— И попросите помощи. Вам не откажут.
Мура помолчала, потом спросила:
— Камень всё ещё в доме?
— Уверен, что да.
— Его можно найти?
— Перерыв весь дом? Вряд ли, фрейлейн. Надо же, какой дождь!.. Я так люблю кёнигсбергскую погоду! Хотя в своё время она изрядно мешала мне в астрономических наблюдениях. Небо всё время было затянуто тучами, и приходилось ловить мгновения, когда оно освободится. Агнесса сердилась — я вскакивал среди ночи и бежал в обсерваторию.
— Хорошо, — буркнул Меркурьев.
— Если не хотите помогать, не надо.
— Вася!..
Но он не обратил на Муру никакого внимания.
— Скажите хотя бы, камень и смерть гостя связаны между собой? Его убили, чтобы заполучить камень?
Теперь хмыкнул Бессель.
— Здесь нет логики, господин инженер. Покойный гость не имел никакого отношения к камню и даже не знал о его существовании.
— Вот как, — произнёс Меркурьев задумчиво. — Понятно. Спасибо и на этом.
— Изумруд украли, чтобы продать, — продолжал Бессель. — Исключительно ради выгоды.
Вор не имеет никакого представления о его магической силе. Он видит только самую примитивную и простую грань — денежную выгоду.
— Ну, — хмыкнул Василий Васильевич, — красть его ради магической силы вряд ли пришло бы кому-нибудь в голову! Возродить инквизицию и охоту на ведьм — на редкость идиотская идея.
Бессель подставил руку под струю дождевой воды, лившейся с козырька."
"— Тем не менее несколько раз это удавалось, — возразил он.
