— Чего только Тед не собирал, — произнесла она блеклым, отстраненным голосом, по-прежнему глядя только на огонь. — Начинал с бабочек. Ему тогда лет десять было. Потом раздал все и принялся за камни. Помню, пытался мыть золото в разных странных местах. Ходил везде со щипчиками, выковыривал блестки из придорожных булыжников. Позже увлекся монетами, но и те по большей части потратил — автоматам ведь все равно, какой четвертак бросают, серебряный или нет. Бейсбольные карточки, марки, девушки. Надолго его не хватало.
Помню, как-то сказал, что журналистика ему потому нравится, что там всегда находишь что-то новое.
Я слушала, а миссис Эддингс, горестно вздохнув, продолжала:
— Да что там, он и свою мать поменял бы на другую, если бы это было возможно. — Из уголка глаза выскользнула и сползла по щеке слезинка. — Знаю, я так ему надоела.
— Настолько, что он готов был отказаться от вашей финансовой помощи? — осторожно осведомилась я.
Миссис Эддингс вскинула голову.
— Полагаю, вас это не касается.
— Да, не касается, и мне очень жаль, что приходится говорить об этом.
Но я — врач, а ваш сын теперь мой пациент, и мой долг определить, что именно с ним случилось.
Она то ли всхлипнула, то ли вздохнула и вцепилась пальцами в пуговицу. Я терпеливо ждала.
— Я посылала ему деньги каждый месяц. Вы знаете, какие у нас налоги на наследство, а Тед давно привык жить не по средствам. Думаю, в этом виноваты мы с его отцом. — Она снова замолчала, пытаясь совладать со слезами. — Наши сыновья не знали трудностей.
Жизнь была для них слишком легкой. Наверное, она была такой же и для меня, пока не умер Артур.
— Чем занимался ваш муж?
— Табаком. Мы встретились с ним во время войны, когда едва ли не все сигареты в мире производились здесь, и в этот бизнес был вовлечен едва ли не каждый.
Она немного расслабилась, предавшись воспоминаниям, и я не стала ее прерывать.
— Однажды вечером я пошла на вечеринку в офицерский клуб в отеле «Джефферсон». Часть Артура называлась «Ричмонд Грейс», и Артур был в ней капитаном.
— Миссис Эддингс мечтательно улыбнулась. — Как он танцевал! Он дышал музыкой! Она была у него в крови. Я заметила его сразу. Мы встретились глазами, и этого оказалось достаточно. Больше мы уже не расставались.
Миссис Эддингс отвела взгляд, и огонь в камине затрещал и вскинулся, словно хотел сказать что-то важное."
"— Конечно, отчасти проблема была именно в этом. Мы с Артуром жили друг другом, а мальчики иногда чувствовали себя лишними.
