Помню его первое большое интервью в Ричмонде. — Сцепив на коленях пальцы, она уставилась невидящим взглядом на огонь, пылающий в камине. — С губернатором Медоузом. Вы, наверно, помните. Медоуза никто не мог разговорить, а вот Тед сумел. Тогда все обвиняли губернатора в употреблении наркотиков и связях с распутными женщинами.
— Да, помню, — сказала я, подумав, что то же самое говорили едва ли не о каждом губернаторе.
Некоторое время она сидела молча, лицо ее было искажено от горя, а глаза, казалось, смотрят в никуда.
Потом, подняв дрожащую руку, поправила волосы.
— Как это случилось? Как он мог утонуть?
— Миссис Эддингс, я не думаю, что ваш сын утонул.
Она вздрогнула и посмотрела на меня широко открытыми глазами.
— Тогда что произошло?
— Пока сказать не могу. Нужно провести несколько экспертиз.
— Но что же могло случиться? — Миссис Эддингс промокнула глаза бумажной салфеткой. — Полицейский, приходивший днем, сказал, что это произошло под водой. Тед ведь нырял с этим своим приспособлением.
— Всякое могло случиться, — ответила я. — Например, мог выйти из строя аппарат, которым пользовался Тед. Он мог вдохнуть какие-то пары. Сейчас я просто не могу сказать точнее.
— Я столько раз просила его отказаться от этой штуки. Столько раз умоляла не брать ее, не нырять с ней!
— То есть он пользовался ею и раньше?
— Ему так нравилось разыскивать эти старинные вещи. Где он только не нырял! И всегда брал с собой металлоискатели. В прошлом году, по-моему, нашел в реке несколько ядер времен Гражданской войны.
Странно, что вы об этом не знали. Он писал о своих приключениях в газете.
— Обычно дайверы берут с собой еще кого-то. Напарника. Приятеля. Вы не знаете, кто обычно составлял Теду компанию?
— Может, он кого-то и брал. От случая к случаю. Не знаю. О своих друзьях он мне почти ничего не рассказывал.
— Тед не говорил, что собирается вести поиски в реке Элизабет?
— Ничего такого я не слышала. По крайней мере, мне он точно не говорил.
Вообще-то я думала, что сегодня он придет сюда.
Миссис Эддингс замолчала, еще крепче сжав салфетку дрожащими пальцами.
— Для нас очень важно установить, что ваш сын мог делать на закрытой верфи в Чесапике, — снова заговорила я. — Тед погружался в запретной зоне, где стоят списанные военные корабли, и никто, похоже, не знает, почему он отправился именно туда. Но о поиске артефактов времен Гражданской войны говорить не приходится.
